Постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.06.2026 № 16АП-486/2026 по делу № А63-19384/2023
Судьба акта: округ пересматривал другой акт по делу — сверьте цепочку через MCP get_case.
ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
ПОСТАНОВЛЕНИЕ от 2 июня 2026 г. по делу N А63-19384/2023
Резолютивная часть постановления объявлена 25 мая 2026 года.
Полный текст постановления изготовлен 02 июня 2026 года.
Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Бейтуганова З.А., судей: Годило Н.Н., Макаровой Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Богатыревой Д.А., в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего Довиденко Ирины Александровны на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 11.02.2026 по делу N А63-19384/2023, принятое по заявлению финансового управляющего Довиденко Ирины Александровны о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Гавалян Дианы Арменовны и Батурской Елены Ивановны, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Григорян Иветты Романовны (дата рождения <...>, ИНН 2629011770, СНИЛС <...>),
установил:
решением Арбитражного суда Ставропольского края от 16.04.2024 (резолютивная часть объявлена 02.04.2024) по делу N А63-19384/2023 Григорян Иветта Романовна признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена Довиденко Ирина Александровна (член ААУ "Содружество").
В рамках дела о банкротстве финансовый управляющий 17.01.2025 обратился в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 14.02.2020 нежилого здания общей площадью 108,9 кв. м, этажность: 1, наименование: "аптека без права изготовления лекарственных препаратов", расположенного по адресу: Ставропольский край, Благодарненский район, город Благодарный, площадь Маяковского, кадастровый номер 26:13:100708:834, заключенного между должником Григорян И.Р. и Саносяном Мхитаром Сашаевичем, с применением последствий недействительности сделки в виде возврата спорного объекта в конкурсную массу должника.
Заявление мотивировано тем, что в материалах дела отсутствуют подтверждения оплаты покупателем цены договора; сделка, по мнению финансового управляющего, совершена при злоупотреблении правом и направлена на причинение вреда имущественным правам кредиторов. В качестве правового основания указаны статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 11.02.2026 (резолютивная часть объявлена 28.01.2026) в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано. С должника взыскана государственная пошлина в доход федерального бюджета в сумме 95 000 руб. за рассмотрение заявления о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности и принятии обеспечительных мер.
Суд первой инстанции исходил, в частности, из следующего: оспариваемый договор заключен 14.02.2020 (государственная регистрация перехода права собственности произведена 02.03.2020), тогда как заявление должника о признании банкротом принято к производству определением от 13.10.2023, то есть сделка совершена за пределами трехлетнего периода, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве); квалификация по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна лишь при доказанности пороков сделки, выходящих за пределы подозрительной сделки, однако таких доказательств финансовым управляющим не представлено; довод о безвозмездности сделки не подтвержден, поскольку договор содержит условие о цене (3 000 000 руб.) и указание на получение продавцом денежных средств до подписания договора, а отсутствие у финансового управляющего первичных документов само по себе не опровергает факт оплаты, учитывая допустимость наличных расчетов; кроме того, на дату совершения сделки у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности и не имелось просроченной задолженности перед кредиторами, вследствие чего не установлены цель причинения вреда кредиторам должника, факт причинения такого вреда и согласованный умысел сторон на злоупотребление правом.
Не согласившись с определением от 11.02.2026, финансовый управляющий Довиденко И.А. подал апелляционную жалобу, в которой просил отменить судебный акт и удовлетворить заявление об оспаривании сделки, ссылаясь на существенные нарушения норм материального и процессуального права и несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.
В обоснование апелляционной жалобы финансовый управляющий указывает, что при отсутствии доказательств оплаты суд первой инстанции необоснованно признал сделку возмездной, сделал вывод об отсутствии неравноценности и вреда. По мнению апеллянта, совокупность обстоятельств (массовое отчуждение должником объектов недвижимости, полученных ранее от отца - Григоряна Р.Р. по сделкам, впоследствии признанным недействительными в деле о банкротстве отца; последующее приобретение значительной части таких объектов Саносяном М.С.; расчеты наличными "до подписания договоров"; отсутствие следов аккумулирования денежных средств у должника и подтверждений финансовой возможности покупателя; участие одного представителя (Батурской Е.И.) в оформлении сделок в интересах нескольких лиц; судебные выводы по делу N А20-3842/2019) свидетельствует о фактической аффилированности и координации действий, направленных на вывод активов и причинение вреда кредиторам, а потому сделка подлежит признанию недействительной по статьям 10 и 168 ГК РФ, несмотря на совершение за пределами "периода подозрительности" статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Определением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2026 апелляционная жалоба принята к производству.
От третьего лица Гавалян Дианы Арменовны поступили письменные возражения (отзыв), согласно которым она указывает, что приобрела спорный объект недвижимости у Саносяна М.С. 15.06.2023 за 3 000 000 руб., договор подписан в МФЦ, переход права зарегистрирован; при приобретении отсутствовали какие-либо притязания; цена соответствовала рыночной; она является добросовестным приобретателем и, с учетом положений статей 8.1 и 302 ГК РФ, истребование имущества у нее невозможно; также указывает на приобретение земельного участка под объектом позднее (03.09.2024), осуществление действий по присвоению адреса и подключению коммуникаций. Просит отказать в удовлетворении требований финансового управляющего.
Лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились. О времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом в порядке статей 121 - 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), в том числе путем размещения информации о принятии апелляционной жалобы к производству и о времени ее рассмотрения на официальном сайте суда в сети Интернет.
На основании статьи 156 АПК РФ судебное заседание проведено в отсутствие неявившихся лиц.
Суд апелляционной инстанции, проверив законность и обоснованность определения Арбитражного суда Ставропольского края от 11.02.2026 в порядке статей 266, 268 АПК РФ, исследовав материалы обособленного спора и доводы апелляционной жалобы, оценив представленные доказательства в совокупности по правилам статьи 71 АПК РФ, приходит к следующим выводам.
В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). Аналогичное правило закреплено пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве.
Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.
Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлены условия признания сделки недействительной как совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка): совершение сделки в пределах трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (или после принятия), причинение вреда имущественным правам кредиторов, а также знание другой стороны о противоправной цели должника (с учетом предусмотренных законом презумпций).
Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, оспариваемый договор купли-продажи заключен 14.02.2020, государственная регистрация перехода права собственности произведена 02.03.2020, в то время как заявление Григорян И.Р. о признании ее несостоятельной (банкротом) принято к производству определением Арбитражного суда Ставропольского края от 13.10.2023. Таким образом, спорная сделка совершена за пределами трехлетнего периода, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Указанное обстоятельство апеллянтом не оспаривается; напротив, финансовый управляющий настаивает на применении общегражданских оснований недействительности (статьи 10 и 168 ГК РФ) как на самостоятельном правовом механизме защиты прав кредиторов в ситуации, когда специальный банкротный инструментарий (глава III.1 Закона о банкротстве) неприменим по временным пределам.
Судебная коллегия исходит из того, что само по себе совершение сделки за пределами периода подозрительности не исключает возможности ее оспаривания по общим основаниям недействительности, однако такое оспаривание в деле о банкротстве допускается при доказанности обстоятельств, выходящих за рамки признаков подозрительной сделки, то есть при наличии "дополнительного" порока (например, мнимость/притворность, заведомая направленность на противоправный результат, обход закона с умышленным злоупотреблением правом, очевидная фиктивность расчетов, согласованный умысел обеих сторон на причинение вреда кредиторам и т.п.). Данный подход соответствует правовой позиции, изложенной в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", а также разъяснениям пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 относительно применения статей 10 и 168 ГК РФ при злоупотреблении правом, и общим принципам статьи 1 ГК РФ.
При этом по смыслу статьи 10 ГК РФ злоупотребление правом предполагает заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (в том числе исключительно с намерением причинить вред другому лицу либо в обход закона с противоправной целью). Для признания сделки ничтожной по статьям 10 и 168 ГК РФ необходима оценка действий сторон с установлением направленности поведения на причинение вреда, а также наличия противоправного интереса и умысла (в соответствующем объеме, исходя из обстоятельств дела). Недобросовестность и разумность поведения презюмируются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ), а потому бремя доказывания обстоятельств злоупотребления лежит на заявителе (статьи 65, 68 АПК РФ).
Из материалов обособленного спора следует, что предметом оспаривания является договор купли-продажи нежилого здания (аптеки) от 14.02.2020, по условиям которого цена объекта определена сторонами в размере 3 000 000 руб., при этом в договоре зафиксировано, что денежные средства получены продавцом полностью до подписания договора.
Финансовый управляющий, заявляя о безвозмездности (либо о неравноценности) сделки, ссылается на отсутствие в ее распоряжении документальных подтверждений расчетов (банковских выписок, приходных кассовых документов и т.п.), а также на отсутствие, по ее мнению, экономически объяснимых следов последующего распоряжения должником крупными суммами.
Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что указанные обстоятельства, сами по себе, не являются достаточными для вывода о безвозмездности сделки и о злоупотреблении правом, по следующим основаниям.
В силу пункта 1 статьи 454 ГК РФ договор купли-продажи является возмездным по своей правовой природе: покупатель обязан уплатить продавцу цену. Наличие согласованного условия о цене (пункт 3 договора) и указание в тексте договора на произведенный расчет подтверждают возмездный характер обязательства и волеизъявление сторон на возникновение соответствующих гражданско-правовых последствий.
Само по себе отсутствие у финансового управляющего первичных документов, подтверждающих расчет, не тождественно доказанности отсутствия расчета. Денежные расчеты между гражданами по сделкам могут осуществляться наличными денежными средствами; закон не содержит общего запрета на наличные расчеты между физическими лицами по договорам купли-продажи недвижимости. Следовательно, отсутствие отражения платежа по банковским счетам должника не исключает факт передачи наличных денежных средств.
Довод апеллянта фактически сводится к утверждению о неисполнении покупателем обязательства по оплате. Однако неисполнение денежного обязательства само по себе не является основанием для признания сделки недействительной; в случае неоплаты продавец вправе использовать иные способы защиты (взыскание задолженности, процентов и т.п.). Для признания сделки ничтожной по статьям 10 и 168 ГК РФ требуется доказать именно противоправную цель и согласованный умысел сторон на причинение вреда, а не только спор о факте исполнения обязательства.
Финансовым управляющим не представлено доказательств, позволяющих сделать вывод о фиктивности расчетов (возвратность платежей, отсутствие реального движения денежных средств, сохранение контроля продавца над объектом после сделки, иные признаки мнимости/притворности), равно как не представлено доказательств, отвечающих критериям относимости и допустимости, свидетельствующих о согласованных действиях сторон спорного договора, направленных на достижение противоправного результата.
При этом судебная коллегия учитывает и то, что спорный договор заключен от имени должника представителем (Батурской Е.И.), а третье лицо Гавалян Д.А. указывает на последующую цепочку отчуждения и государственную регистрацию права; спорное имущество на момент рассмотрения обособленного спора принадлежало третьему лицу. С учетом принципа публичной достоверности Единого государственного реестра недвижимости (пункт 6 статьи 8.1 ГК РФ) и презумпции добросовестности участников оборота, вывод о фиктивности оборота и расчетов должен подтверждаться ясными, убедительными и достаточными доказательствами, которых по настоящему обособленному спору не представлено.
Доводы апеллянта о фактической аффилированности должника, Саносяна М.С. и Григоряна Р.Р., а также о наличии "цепочки вывода активов" суд апелляционной инстанции оценивает следующим образом.
Из материалов дела следует, что спорное нежилое здание первоначально принадлежало Григоряну Р.Р. и отчуждено им дочери (Григорян И.Р.) по договору от 16.02.2018. В деле о банкротстве Григоряна Р.Р. N А20-3842/2019 определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 30.03.2021 сделка от 16.02.2018 признана недействительной, применены последствия в виде взыскания с Григорян И.Р. стоимости спорного имущества в сумме 1 500 000 руб., поскольку имущество к тому моменту было ею отчуждено.
Оспариваемая в настоящем деле сделка между Григорян И.Р. и Саносяном М.С. совершена 14.02.2020, то есть до вынесения судебного акта от 30.03.2021 и до включения соответствующего требования в реестр требований кредиторов Григорян И.Р. (определение от 15.10.2024 о включении требований финансового управляющего Григоряна Р.Р. на сумму 17 626 269,80 руб.).
При рассмотрении вопроса о злоупотреблении правом в сделке между Григорян И.Р. и Саносяном М.С. юридически значимым является установление того, что на момент совершения сделки у должника имелись кредиторы (либо возникшие обязательства), интересам которых причинен вред отчуждением имущества, и что стороны сделки действовали с противоправной целью - вывести актив из имущественной сферы должника, создавая препятствия для удовлетворения требований кредиторов именно должника Григорян И.Р.
Судом первой инстанции установлено, что обязательства, формирующие реестр требований кредиторов Григорян И.Р., возникли позднее даты оспариваемой сделки: требования Григоряна Р.Р. (в лице финансового управляющего) - после признания в 2021 году недействительными сделок в деле о банкротстве Григоряна Р.Р.; обязательные платежи, связанные с НДФЛ от продажи имущества за 2020 год, - со сроком уплаты, наступившим с 15.07.2021; кредитная задолженность перед ПАО "Почта Банк" - по договору от 13.12.2021. Данные выводы финансовым управляющим в апелляционной жалобе надлежащим образом не опровергнуты.
Ссылка апеллянта на то, что должник "стал несостоятельным" в результате участия в выводе активов отца и последующих последствий оспаривания сделок в деле о банкротстве отца, не подтверждает, что на дату 14.02.2020 у должника имелась просроченная задолженность перед кредиторами либо признаки неплатежеспособности (в том правовом смысле, который придается этим понятиям Законом о банкротстве и судебной практикой при оценке целей причинения вреда кредиторам).
Само по себе участие должника в гражданском обороте, включая совершение нескольких сделок по отчуждению имущества, еще не свидетельствует о противоправной цели причинить вред кредиторам должника; тем более, что кредиторские требования к должнику в установленном порядке сформированы позднее.
Доводы апеллянта о "совпадении кредиторов" (поскольку обязательства Григорян И.Р. возникли из последствий оспаривания сделок в деле о банкротстве Григоряна Р.Р.) также не образуют автоматического основания для признания сделки 2020 года ничтожной по статьям 10 и 168 ГК РФ. Последствия признания недействительной сделки 2018 года в деле о банкротстве Григоряна Р.Р. судом применены в форме взыскания с Григорян И.Р. денежной суммы (стоимости имущества), что соответствует предусмотренным законом способам реституции в ситуации, когда имущество выбыло из владения приобретателя. Данный механизм и был использован кредиторами Григоряна Р.Р. (через финансового управляющего) для защиты прав конкурсной массы отца. Переоценка выбранного в 2021 году способа защиты прав конкурсной массы Григоряна Р.Р. посредством последующего оспаривания сделки 2020 года уже в деле о банкротстве дочери требует самостоятельных и убедительных доказательств злоупотребления правом именно в сделке 2020 года, которых материалы настоящего обособленного спора не содержат.
Что касается ссылки апеллянта на судебные акты и выводы по делу N А20-3842/2019 (в том числе на определение от 17.01.2025), судебная коллегия отмечает: даже при наличии установленных обстоятельств недобросовестного поведения отдельных лиц в иных эпизодах (в иных сделках и в рамках другого дела о банкротстве) по правилам статьи 69 АПК РФ преюдициальное значение имеют только обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом, при условии участия тех же лиц и относимости к предмету настоящего спора. В рамках настоящего обособленного спора предметом доказывания являются обстоятельства заключения и исполнения договора купли-продажи от 14.02.2020 между Григорян И.Р. и Саносяном М.С., включая наличие злоупотребления правом в этой сделке, направленность на причинение вреда кредиторам должника и согласованный умысел сторон. Само по себе упоминание о "координации" и "цепочке" без представления прямых доказательств фиктивности именно спорной сделки (например, доказательств отсутствия передачи имущества, доказательств сохранения фактического контроля за объектом у продавца/третьих лиц, доказательств возврата денежных средств покупателю, доказательств невозможности покупателя оплатить, доказательств мнимости либо притворности расчетов и т.п.) не отвечает стандарту доказывания, необходимому для признания сделки ничтожной по статьям 10 и 168 ГК РФ.
Довод апеллянта о том, что аффилированность может подтверждаться совокупностью признаков и что бремя доказывания может переходить на ответчика, судебная коллегия оценивает с учетом правовой позиции, изложенной, в частности, в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475 (о допустимости установления фактической аффилированности через поведение в обороте). Вместе с тем даже применение данного подхода не устраняет обязанность заявителя представить исходный комплекс относимых и допустимых доказательств, позволяющих суду сделать вероятностно обоснованный вывод о наличии общности экономических интересов, недоступных независимым участникам оборота условий и иных признаков согласованного противоправного поведения. По настоящему спору представленные доводы носят преимущественно оценочный и предположительный характер, а часть обстоятельств относится к иным сделкам (по иным объектам недвижимости), не являющимся предметом оспаривания в настоящем обособленном споре, либо к последующим событиям, не подтверждающим наличие у должника кредиторов на дату 14.02.2020.
Судебная коллегия также учитывает, что при оспаривании сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ необходимо установить "явный и очевидный" характер злоупотребления правом, при котором не остается сомнений в истинной противоправной цели поведения сторон. Такой очевидности из материалов настоящего спора не усматривается.
Вывод суда первой инстанции о том, что факт причинения вреда кредиторам должника оспариваемой сделкой не доказан, является обоснованным. Поскольку требования кредиторов должника (включая крупнейшее требование, сформированное по последствиям оспаривания сделок в деле о банкротстве отца) возникли после совершения оспариваемой сделки, то при отсутствии доказательств иных обязательств на дату 14.02.2020 отсутствуют основания утверждать, что отчуждение имущества совершено именно с целью причинить вред кредиторам должника, права которых уже существовали и подлежали защите.
Довод финансового управляющего о том, что "сделка совершена за два месяца до начала оспаривания сделок", которыми имущество отчуждалось от отца к дочери, сам по себе не подтверждает умысел сторон по спорной сделке на причинение вреда кредиторам должника Григорян И.Р., учитывая, что речь идет о разных делах о банкротстве (отца и дочери) и о разных по субъектному составу группах правоотношений, а также учитывая избранный судом по делу отца способ применения последствий недействительности (денежная компенсация стоимости).
С учетом изложенного судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции: оспариваемая сделка совершена за пределами трехлетнего периода, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; наличие пороков, выходящих за пределы диспозиции указанной нормы и позволяющих применить статьи 10 и 168 ГК РФ для признания сделки недействительной, финансовым управляющим не доказано; доводы о безвозмездности, неравноценности и причинении вреда кредиторам должника носят предположительный характер и не подтверждены надлежащими доказательствами.
Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта (часть 4 статьи 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено. Оснований для отмены определения по основаниям, предусмотренным частью 1 статьи 270 АПК РФ (неполное выяснение обстоятельств, недоказанность, несоответствие выводов обстоятельствам дела, неправильное применение норм права), судебная коллегия также не усматривает: суд первой инстанции установил юридически значимые обстоятельства, дал оценку доводам и доказательствам в соответствии со статьей 71 АПК РФ, применил подлежащие применению нормы права.
Вопрос о распределении судебных расходов по апелляционной жалобе разрешается судом апелляционной инстанции по правилам статьи 110 АПК РФ.
С учетом предоставленной отсрочки уплаты государственной пошлины по апелляционной жалобе (определение апелляционного суда от 19.03.2026) и оставления апелляционной жалобы без удовлетворения государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит взысканию в доход федерального бюджета в размере, установленном законодательством о налогах и сборах (статья 333.21 НК РФ), в сумме 10 000 руб.
Доводы апелляционной жалобы не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права либо о нарушении норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильного судебного акта. Оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ для отмены определения суда первой инстанции, судебная коллегия не усматривает. Нарушений, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в силу части 4 статьи 270 АПК РФ, не установлено.
При таких обстоятельствах определение Арбитражного суда Ставропольского края от 11.02.2026 по делу N А63-19384/2023 подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.
Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 АПК РФ, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,
постановил:
определение Арбитражного суда Ставропольского края от 11.02.2026 по делу N А63-19384/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Взыскать с Григорян Иветты Романовны в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 10 000 руб. за рассмотрение апелляционной жалобы.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.
Председательствующий
З.А.БЕЙТУГАНОВ
Судьи
Н.Н.ГОДИЛО
Н.В.МАКАРОВА
------------------------------------------------------------------
Публичный судебный акт из картотеки арбитражных дел. Сервис не является юридической консультацией; постоянная ссылка на акт.