Постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2018 № 07АП-7485/2015(32), 07АП-7485/2015(33), 07АП-7485/2015(34) по делу № А45-7621/2015
Судьба акта: округ пересматривал другой акт по делу — сверьте цепочку через MCP get_case.
СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
ПОСТАНОВЛЕНИЕ от 22 февраля 2018 г. N 07АП-7485/2015(32),
07АП-7485/2015(33), 07АП-7485/2015(34)
Дело N А45-7621/2015
В полном объеме постановление изготовлено 22 февраля 2018 г.
Резолютивная часть постановления объявлена 15 февраля 2018 г.
Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего Назарова А.В., судей: Кайгородовой М.Ю., Ярцева Д.Г., при ведении протокола судебного заседания до перерыва секретарем судебного заседания Гуренко Е.Ю., после перерыва помощником судьи Лопатиной Ю.М., при участии в судебном заседании:
от ПАО "Сбербанк России" - Осипов В.Г. по доверенности от 23.03.2017, Сыров А.С. по доверенности от 29.03.2017 (до перерыва), от ООО "ТД "Нефтепродукт" - Кокарев И.И. по доверенности от 18.01.2018, от ООО "СибФинанс" - Рувуль А.А. по доверенности от 02.10.2017, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы Кузнецова Владимира Юрьевича (город Барнаул) (рег. N 07АП-7485/2015 (32)), публичного акционерного общества "Сбербанк России" (117997, г. Москва, ул. Вавилова, д. 19, ИНН 7707083893, ОГРН 1027700132195) (рег. N 07АП-7485/2015 (33)), общества с ограниченной ответственностью "СибФинанс" (630099, город Новосибирск, улица Максима Горького, дом 75, ИНН 5406379163, ОГРН 1065406173271) (рег. N 07АП-7485/2015 (34)), на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 08 декабря 2017 года (судья Ничегоряева О.Н.) по делу N А45-7621/2015 о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества "Нефтебаза Красный Яр" (630533, Новосибирская область, Новосибирский район, поселок Красный Яр, ИНН 5433162963, ОГРН 1065475021325), принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью "Сибфинанс", общества с ограниченной ответственностью "Сеть АЗС "Красный Яр", Банк Зенит (публичное акционерное общество) (129110, г. Москва, Банный переулок, д. 9, ИНН 7729405872, ОГРН 1027739056927) о признании недействительными договоров ипотеки N 167-И от 20.06.2014, N 27-и от 20.06.2014, договоров залога N ДЗ-27 от 15.12.2014, N ДЗ-167 от 15.12.2014, N ДЗ от 30.01.2015, заключенных между публичным акционерным обществом "Сбербанк России" и открытым акционерным обществом "Нефтебаза Красный Яр", применении последствий недействительности сделок,
установил:
определением Арбитражного суда Новосибирской области от 12.05.2015 к производству арбитражного суда принято заявление акционерного общества "Нефтебаза Красный Яр" (далее - АО "Нефтебаза Красный Яр", должник) о признании общества несостоятельным (банкротом).
Определением суда от 14 декабря 2015 г. (резолютивная часть объявлена 07.12.2015) в отношении АО "Нефтебаза Красный Яр" введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Кугушев Виктор Николаевич, член Ассоциации "Сибирская межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих".
Этим же определением признано обоснованным и включено в реестр требований кредиторов требование Кузнецова Владимира Юрьевича в размере 1 641 880 рублей с отнесением к третьей очереди удовлетворения.
Определением суда от 02 февраля 2016 г. (резолютивная часть объявлена 25.01.2016) в реестр требований кредиторов включено требование публичного акционерного общества "Сбербанк России" (далее - ПАО "Сбербанк России", Банк) в размере 284 623 778 рублей 57 копеек, в том числе: 283 960 545 рублей 03 копеек - ссудная задолженность, 595 506 рублей 85 копеек - проценты за кредит, 5 917 рублей 81 копеек - плата за обслуживание кредита, 61 808 рублей 88 копеек - неустойка, с отнесением к третьей очереди удовлетворения, как требование по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника в соответствии с договорами залога N ДЗ от 30.01.2015, N 167-И от 20.06.2014, N ДЗ-167 от 15.12.2014, N 27-И от 20.06.2014, N ДЗ-27 от 15.12.2014.
Определением суда от 26.12.2016 произведена замена кредитора ПАО "Сбербанк России" на правопреемника ООО "ТД "Нефтепродукт" на сумму требования в размере 245 545 534,24 рублей, в том числе, 245 000 000 рублей - основной долг, 540 164,38 рублей - проценты за кредит, 5 369,86 рублей - плата за обслуживание кредита, включенного в реестр требований кредиторов АО "Нефтебаза Красный Яр" определением Арбитражного суда Новосибирской области от 02.02.2016 как требование по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника в соответствии с договорами залога N ДЗ-167 от 15.12.2014, N ДЗ-27 от 15.12.2014, договорами ипотеки N 167-и от 20.06.2014, N 27-и от 20.06.2014.
Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 04 августа 2016 г. (резолютивная часть объявлена 28.07.2016) АО "Нефтебаза Красный Яр" признано банкротом и в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев.
Конкурсным управляющим утвержден Русляков Михаил Михайлович, член Ассоциации "Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих "Содействие".
Определением суда от 05 февраля 2018 года (резолютивная часть объявлена 29.01.2018) срок конкурсного производства продлен до 28.07.2018.
03 мая 2017 г. кредитор должника - общество с ограниченной ответственностью "СибФинанс" (далее - ООО "СибФинанс") обратился арбитражный суд с заявлением о признании договоров ипотеки N 167-И от 20.06.2014, N 27-и от 20.06.2014, договоров залога N ДЗ-27 от 15.12.2014, N ДЗ-167 от 15.12.2014, N ДЗ от 30.01.2015, заключенных между ПАО "Сбербанк России" и АО "Нефтебаза Красный Яр" недействительными, применении последствий недействительности сделок.
Определением суда от 09.06.2017 в качестве созаявителя в обособленном споре привлечено ООО "Сеть АЗС "Красный Яр".
Определением суда от 09.08.2017 в качестве созаявителя к участию в обособленном споре привлечен Банк Зенит (публичное акционерное общество) (далее - Банк Зенит), а в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ООО "ТД Нефтепродукт".
Определением суда от 08 декабря 2017 г. (резолютивная часть объявлена 01.12.2017) заявление ООО "СибФинанс", Банк Зенит, ООО "Сеть АЗС "Красный Яр" удовлетворить частично.
Признан недействительным договор залога N ДЗ от 30.01.2015, заключенный между ПАО "Сбербанк России" и АО "Нефтебаза "Красный Яр".
В остальной части в удовлетворении заявления отказано. С ПАО "Сбербанк России" в пользу ООО "СибФинанс" взысканы расходы по госпошлине в размере 6 000 рублей и с ООО "СибФинанс" в доход федерального бюджета взыскана госпошлина в размере 24 000 рублей.
Не согласившись с вынесенным судебным актом, Кузнецов В.Ю., ПАО "Сбербанк России" и ООО "СибФинанс" оспорили его в апелляционном порядке. Кредиторы в части отказа в удовлетворении заявленных требований, а ПАО "Сбербанк России" в части признания договора залога недействительным.
Кузнецов В.Ю. в апелляционной жалобе указывает, что суду необходимо было квалифицировать оспариваемые сделки как совершенные со злоупотреблением правом, которое выразилось в том, что должник, имея неисполненные перед кредиторами обязательства, не имея экономической выгоды, заключил договоры ипотеки и залога, в том числе уже после возникновения основного обязательства. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что ПАО "Сбербанк России" проявило заботливость, разумную осмотрительность и осторожность, и Банком были предприняты все разумные меры для установления обстоятельств, предшествующих совершению оспариваемых сделок. Осуществляя кредитование должника с 2012 года, Банк в полной мере мог, должен был и анализировал финансовое состояние должника, обладал всей полнотой информации о его финансового-хозяйственной деятельности. На момент заключения спорных сделок Банку было известно о наличии негативных тенденций деятельности АО "Нефтебаза Красный Яр". При заключении договоров залога и ипотеки Банк и должник понимали высокий риск невозврата кредита и высокую вероятность обращения взыскания на предмет залога. Вместе с тем, Банк не провел комплексную оценку потенциального кредитного риска при заключении спорных договоров (т. 5 л.д. 81-83).
ООО "СибФинанс" в апелляционной жалобе указывает, что как следует из договоров залога от 15.12.2014 в залог передано оборудование, расположенное на четырех автозаправочных комплексов, которые были ранее переданы в залог по договорам ипотеки от 20.06.2014. Вместе с тем, передача в залог самих АЗС по ранее заключенным договорам ипотеки как объектов недвижимости, в которых находится оспариваемое оборудование - движимое имущество, не свидетельствует о том, что на указанное движимое имущество тоже распространяется залог. Так. в договоре ипотеки от 20.06.2014 отсутствуют какие-либо указания на передачу в залог движимого имущества - оборудования. По договору от 20.06.2014 в залог были переданы АЗС как объекты недвижимости, а не как комплексы с определенным движимым имуществом, в связи с чем, невозможно утверждать о том, что залог изначально распространялся на движимое имущество - оборудование, расположенное на АЗС. Таким образом, вывод суда о том, что заключение оспариваемых договоров от 15.12.2014 является следствием конкретизации уже фактически находящихся в залоге основных средств, противоречит договору ипотеки от 20.06.2014. Банком в нарушении статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не доказано, что оспариваемые договоры залога от 15.12.2014 каким-либо образом связаны с договором ипотеки от 20.06.2014, и, что оспариваемое оборудование уже было передано в залог по договору от 20.06.2014.
ПАО "Сбербанк России" в апелляционной жалобе указывает, что судом первой инстанции сделан ошибочный вывод об увеличении совокупной стоимости заложенного имущества из-за дополнения Банком перечня заложенного имущества. Так судом не учтен акт мониторинга от 28.01.2015, которым установлено снижение остатка нефтепродуктов, переданных в залог, несоблюдение требований договоров залога N 149-1тмц, 167-1тмц, 27-1тмц о достаточности обеспечения в виде ТМЦ в сумме 390 млн. рублей. Пунктами 2.4. договоров залога N 149-1тмц, 167-1тмц, 27-1тмц сторонами согласовано, что в случае утраты предмета залога (или его части). Залогодатель обязан в срок до 10 рабочих дней восстановить предмет залога или заменить его другим равноценным имуществом. В январе 2015 года стоимость товаров в обороте снизилась с 390 млн. рублей до 111,9 млн. рублей. Взамен ТЦМ в залог были переданы транспортные средства и оборудование, общей залоговой стоимостью 66 422 130,24 рублей по договору N ДЗ от 30.01.2015. В этой связи, совокупная стоимость заложенного имущества не увеличилась, поскольку заключение договора залога от 30.01.2015 повлекло замену прежнего предмета залога, который был уменьшен более чем на 278 млн. рублей. Замена товаров в обороте не могла повлечь предпочтительность (т. 5 л.д. 89-93).
В порядке статьи 262 АПК РФ ООО "СибФинанс" и ПАО "Сбербанк России" представили отзывы на апелляционный жалобы.
Так, Банк в отзыве указывает, что на момент заключения договоров от 20.06.2014 и 15.12.2014 должник не отвечал признаку неплатежеспособности. В бухгалтерских балансах за 2013 год, 1 квартал, 6 месяцев, 9 месяцев 2014 года указывались положительные показатели. Активы должника только по балансовой стоимость превышали 2,3 млрд рублей (на 30.09.2014). Чистая прибыль увеличилась с 20 828 тыс. рублей до 40 446 тыс. рублей. Должником надлежащим образом исполнялись обязательства перед бюджетом и Банками. По данным картотеки арбитражных дел отсутствовал информация о предъявленных исковых требованиях и информации о возбуждении в отношении АО "Нефтебаза Красный Яр" дел о банкротстве. Также отсутствовала картотека неоплаченных платежных документов по банковским счетам должника. Аудиторские заключения за 2011-2013 гг. содержали сведения о платежеспособности предприятия. Согласно заключению временного управляющего от 18.05.2016 финансовое состояние должника ухудшилось только в 2015 году в связи с сокращением объема продаж ГСМ. Руководствуясь приведенными показателями бухгалтерских балансов и аудиторских заключений, Банк разумно и обоснованно полагался на платежеспособность АО "Нефтебаза Красный Яр". Материалами дела опровергается довод апеллянтов об отсутствии экономической цели при заключении договоров залога и ипотеки и наличия злоупотребления правом со стороны Банка и должника. Станции АЗС были предоставлены в залог по договору ипотеки от 30.06.2014. Договоры залога от 15.12.2014 в отношении оборудования АЗС носили технический характер "подстраховки" для исключения споров относительно состава АЗС как сложной вещи. Договоры были заключены в целях гарантий реального погашения долга. Имущественная выгода заемщика - залогодателя заключалась в получении кредитных денежных средств на пополнение оборотных активов, которые использовались на развитие бизнеса в целях извлечения прибыли.
В дополнениях к апелляционной жалобе Банк указал, что предоставление имущества в залог было для должника обычной деятельностью, и в части транспортных средств, предоставленных в залог по договору от 30.01.2015, сделка не превышала 1% стоимости активов предприятия.
В судебном заседании 12.02.2018 представители апеллянтов (ООО "СибФинанс" и ПАО "Сбербанк России") поддержали свои доводы, изложенные в апелляционных жалобах и отзывах.
Представитель ООО ТД "Нефтепродукт" поддержал позицию ПАО "Сбербанк России".
В судебном заседании представители сторон подтвердили, что переданное по договору от 30.01.2015 оборудование является составной частью АЗС, без которого автозаправочные станции не могут функционировать.
В судебном заседании в порядке статьи 163 АПК РФ объявлялся перерыв (на стадии прений) до 15.05.2018.
После перерыва заседание продолжено.
Представили Банка и третьего лица поддержали ранее озвученную позицию.
Иные лица, участвующие в обособленном споре явку своих представителей не обеспечили.
Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотреть апелляционную жалобу при имеющейся явке.
Исследовав материалы дела, выслушав доводы сторон, изучив доводы апелляционных жалоб и отзывов на них, проверив в порядке статьи 268 АПК РФ законность и обоснованность определения Арбитражного суда Новосибирской области, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для его отмены.
Как следует из материалов дела, 30.09.2013 Банком (кредитор) и ОАО "Нефтебаза Красный Яр" (заемщик) заключен договор N 149 об открытии возобновляемой кредитной линии, по условиям договора банком открыта заемщику возобновляемая кредитная линия для пополнения оборотных средств на срок по 20.03.2015 с лимитом 100 000 000 под 10,1% годовых, предоставлены заемщику денежные средства в сумме 100 000 000 руб. (т. 2 л.д. 90-96).
В качестве обеспечения по кредитному договору в залог предоставлено (п. 9.1. договора): товары в обороте (ГСМ).
22.11.2013 между ПАО "Сбербанк России" (кредитор) и АО "Нефтебаза Красный Яр" (заемщик) заключен договор N 167 об открытии возобновляемой кредитной линии, по условиям которого кредитор обязуется открыть заемщику возобновляемую кредитную линию для пополнения оборотных средств на срок по 14.05.2015 с лимитом 100 000 000 руб., а заемщик обязуется возвратить кредит и уплатить проценты за пользование им и другие платежи в размере, в сроки и на условиях договора (пункт 1.1 договора) (т. 2 л.д. 83-89).
В качестве обеспечения по кредитному договору в залог предоставлено (п. 9.1. договора):
товары в обороте (ГСМ);
АЗС-40 стационарного типа, земельный участок площадью 8664 кв. м, расположенные по адресу: г. Новосибирск, ул. Б.Хмельницкого, 126;
АЗС-45 стационарного типа, земельный участок площадью 5827 кв. м, расположенные по адресу: г. Новосибирск, ул. Магистральная, 52;
АЗС стационарного типа, земельный участок площадью 4085 кв. м, расположенные по адресу: г. Новосибирск, ул. 2-я Станционная, 27;
АЗС стационарного типа, земельный участок площадью 2 428 кв. м, расположенные по адресу: г. Новосибирск, ул. Мочищенское шоссе, 1/2.
01.04.2014 между ПАО "Сбербанк России" (кредитор) и АО "Нефтебаза Красный Яр" (заемщик) заключен договор N 27 об открытии возобновляемой кредитной линии, по условиям которого кредитор обязуется открыть заемщику возобновляемую кредитную линию для пополнения оборотных средств на срок по 21.09.2015 с лимитом 145 000 000 руб., а заемщик обязуется возвратить кредит и уплатить проценты за пользование им и другие платежи в размере, в сроки и на условиях договора (пункт 1.1 договора) (т. 2 л.д. 75-82).
В качестве обеспечения по кредитному договору в залог предоставлено (п. 9.1. договора):
товары в обороте (ГСМ);
АЗС-40 стационарного типа, земельный участок площадью 8664 кв. м, расположенные по адресу: г. Новосибирск, ул. Б.Хмельницкого, 126;
АЗС-45 стационарного типа, земельный участок площадью 5827 кв. м, расположенные по адресу: г. Новосибирск, ул. Магистральная, 52;
АЗС стационарного типа, земельный участок площадью 4085 кв. м, расположенные по адресу: г. Новосибирск, ул. 2-я Станционная, 27;
АЗС стационарного типа, земельный участок площадью 2 428 кв. м, расположенные по адресу: г. Новосибирск, ул. Мочищенское шоссе, 1/2.
28.12.2016 г. в рамках дела о банкротстве АО "Нефтебаза Красный Яр" произведена замена ПАО Сбербанк на правопреемника - ООО "ТД Нефтепродукт" на сумму 245 545 534,24 руб. по кредитным договорам N 27 от 01.04.2014 и N 167 от 22.11.2013, как по обязательствам обеспеченным залогом по договорам N 167-И от 20.06.2014, N ДЗ - 167 от 15.12.2014, N 27-И от 20.06.2014, N ДЗ - 27 от 15.12.2014.
Таким образом, в настоящий момент кредиторами АО "Нефтебаза Красный Яр" являются:
- ПАО Сбербанк на сумму 39 078 244 руб. 33 коп. по кредитному договору N 149 от 30.09.2013 как по обязательствам обеспеченным залогом по договору N ДЗ от 30.01.2015;
- ООО "ТД Нефтепродукт" на сумму 245 545 534 руб. 24 коп. по кредитным договорам N 27 от 01.04.2014 и N 167 от 22.11.2013, как по обязательствам обеспеченным залогом по договорам N 167-И от 20.06.2014, N ДЗ - 167 от 15.12.2014, N 27-И от 20.06.2014, N ДЗ - 27 от 15.12.2014.
По договорам ипотеки N 167-И от 20.06.2014, N 27-И от 20.06.2014 ипотекой обременены АЗС N 15 с земельным участком, АЗС на 2-й Станционной с земельным участком, АЗС N 40 с земельным участком, АЗС N 45 с земельным участком.
По договорам залога N ДЗ - 167 от 15.12.2014, N ДЗ- 27 от 15.12.2014 в залог передано оборудование, расположенное на автозаправочных комплексах N 40, 50, 15, 45 балансовой стоимостью 8 млн.руб.
По договору залога N ДЗ от 30.01.2015 в залог переданы оборудование балансовой стоимостью 51 млн.руб., автотранспорт и самоходные машины балансовой стоимостью 31 млн. руб.
Пунктом 2.4 договоров залога товаров в обороте (ГСМ) стороны предусмотрели, что залогодатель обязан немедленно уведомить залогодержателя о возникновении угрозы утраты или повреждения предмета залога. В случае утраты предмета залога (или его части), залогодатель обязан в десять рабочих дней с момента уведомления восстановить предмет залога или заменить его другим равноценным имуществом.
06.12.2014 стороны составили опросную форму по транспортным средствам, принадлежащим должнику, которые впоследствии были предоставлены в залог по договору от 30.01.2015 взамен утраченных товаров в обороте (ГСМ), предоставленных в залог по договорам залога N 167-1тмц от 22.11.2013, 149-1тмц, N 27-йтмц от 01.04.2014 (т. 2 л.д. 119-122, 123-126, 127-130).
При этом, при включении требования ПАО "Сбербанк России" судом было установлено, что товары в обороте (ГСМ) у должника отсутствуют, в связи с чем, Банку было отказано во включении требования в реестр требований кредиторов как обеспеченного залогом по указанным договорам залога (определение суда от 02.06.2016).
Полагая, что договоры ипотеки от 20.04.2014, договоры залога от 15.12.2014 заключены в период подозрительности, при осведомленности Банка об ухудшающемся финансовом положении должника и Банк получил безвозмездно дополнительное обеспечение в свою пользу, учитывая, что кредитные договоры N 149 от 30.09.2013, N 167 от 22.11.2013, N 27 от 01.04.2014 были обеспечены залогом ТМЦ (ГСМ) по договорам залога N 149-1тмц, N 167-1тмц, N 27-1тмц от соответствующих дат, что привело к уменьшению размера активов должника, кредиторы лишились возможности рассчитывать на удовлетворение своих требований за счет залога, сделки от 15.12.2014, от 30.01.2015 направлены на обеспечение исполнения обязательства должника перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки, кредиторы должника обратились в арбитражный суд с заявлением о признании договоров ипотеки и залога недействительными.
Рассмотрев заявление кредиторов, суд первой инстанции пришел к выводу, что из заявления конкурсных кредиторов не усматривается и в материалы дела не представлены доказательства, что сделки в виде заключения договоров ипотеки N 167-И от 20.06.2014, N 27-и от 20.06.2014 совершены с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, так как наличие совокупности предусмотренных законом обстоятельств для установления данной цели не доказано, следовательно, основания для удовлетворения заявления в данной части отсутствуют.
В отношении договоров залога N ДЗ- 27 от 15.12.2014, N ДЗ-167 от 15.12.2014, N ДЗ от 30.01.2015 судом установлено, что они заключены в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (12.05.2015).
Указанные сделки по заключению договоров залога направлены на обеспечение исполнения обязательств должника перед ПАО Сбербанк России по обязательствам, возникшим из кредитных договоров, заключенных в 2013, 2014 годах.
По мнению суда первой инстанции, в данной части кредиторы не доказали достаточными доказательствами наличие признаков неплатежеспособности у должника в 2014 году, в том числе на дату 15.12.2014.
Так же как следует из договоров залога от 15.12.2014, в залог передано оборудование, расположенное на четырех автозаправочных комплексах, которые были ранее переданы в залог по договорам ипотеки от 20.06.2014.
В отношении договора залога N ДЗ от 30.01.2015 судом установлено, что по договору в залог переданы оборудование балансовой стоимостью 51 млн. руб., автотранспорт и самоходные машины балансовой стоимостью 31 млн. руб.
Указанным предметом залога обеспечивалось исполнение заемщиком-должником обязательств по кредитным договорам N 149 от 30.09.2013, N 167 от 22.11.2013, N 27 от 01.04.2014.
В обоснование правомерности заключения договора залога от 30.01.2015 Банк сослался на то, что заключение договора залога было обусловлено снижением остатка залоговых товаров, находящихся в обороте (ГСМ), которые были переданы в залог ранее в обеспечение этих же кредитных договоров, ссылаясь на п. 8.2.7 кредитного договора N 149 от 30.09.2013 и п. 8.2.6 кредитных договоров N 167 от 22.11.2013 и N 27 от 01.04.2014, предусматривающие замену обеспечения.
Вместе с тем, суд первой инстанции пришел к выводу, что если бы залоговые товары не снизились, Банк мог бы претендовать на удовлетворение своих требований за счет реализации ГСМ.
Установив, что залоговая стоимость товаров в обороте по договорам залога ГСМ составляла 390 млн. руб. и Банком не представлено доказательств, что у должника произошло снижение остатков до стоимости, требующей замену предмета залога, то есть не доказал, что прежний предмет залога был заменен новым равноценным предметом, стоимость оставшихся запасов не подтверждена, суд первой инстанции пришел к выводу, что Банком был дополнен перечень заложенного имущества, в связи с чем совокупная стоимость заложенного имущества увеличилась.
Указанная сделка по принятию в залог дополнительного имущества привела к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки, так как Федеральным законом от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) предусмотрен особый порядок и очередность удовлетворения требований, обеспеченных залогом имущества должника.
Установив совокупность обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной по пункту 1, 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, суд первой инстанции удовлетворил заявление в части и признал недействительным договора залога N ДЗ от 30.01.2015.
Арбитражный апелляционный суд приходит к следующим выводам.
В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).
В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.
Для целей настоящего Федерального закона сделка, совершаемая под условием, считается совершенной в момент наступления соответствующего условия.
Правила настоящей главы могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, в том числе к оспариванию соглашений или приказов об увеличении размера заработной платы, о выплате премий или об осуществлении иных выплат в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и к оспариванию самих таких выплат. К действиям, совершенным во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти, применяются правила, предусмотренные настоящей главой.
В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.
Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии, в том числе, следующего условия: после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.
Как разъяснил Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 постановления N 63 от 23.12.2010 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление от 23.12.2010 N 63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).
В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:
а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;
б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;
в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления от 23.12.2010 N 63).
В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.
При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.
Из разъяснений, изложенных в пункте 7 постановления от 23.12.2010 N 63, следует, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.
При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.
Согласно статье 2 Закона о банкротстве, недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, тогда как неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.
В пункте 9 постановления от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 постановления от 23.12.2010 N 63).
Согласно разъяснениям, данным в пункте 12.2 постановления от 23.12.2010 N 63 сам по себе тот факт, что другая сторона сделки является кредитной организацией, не может рассматриваться как единственное достаточное обоснование того, что она знала или должна была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 2 статьи 61.2 или пункт 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве); оспаривающее сделку лицо должно представить конкретные доказательства недобросовестности кредитной организации.
Арбитражный суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, о недоказанности наличия совокупности условий для признания договора об ипотеке в редакции дополнительных соглашений недействительной сделкой.
Так, из бухгалтерской отчетности должника следует, что активы АО "Нефтебаза Красный Яр" составляли (т. 5 л, д. 6-9):
Единица измерения - тыс. рублей
31.12.2012
31.12.2013
30.09.2014
Основные средства
271 120
276 302
286 531
Запасы
513 388
508 952
674 257
Дебиторская задолженность
344 001
563 254
1 093 841
Кредиторская задолженность
294 694
403 341
1 255 337
Нераспределенная прибыль
122 315
159 439
199 885
Выручка
2 909 673
3 895 335
Чистая прибыль
20 828
40 446
Выручка за 2013 увеличилась на 131% по отношению к 2012 году, на протяжении 9 месяцев 2014 года также наблюдается ее рост, который составил 3 895 335 тыс. рублей, что на 34% больше чем за аналогичный период прошлого года - 2 909 673 тыс. руб.
Согласно пояснительной записке к бухгалтерской отчетности за 2013 год, в 2013 году был значительный рост продаж ГСМ (стр. 3, 4), активы увеличились на 200 536 тыс. руб., чистые активы увеличились на 15,42%, чистые активы организации на 31.12.2013 на 134,6% превышали уставный капитал (стр. 14).
Следовательно, положительные показатели бухгалтерских балансов, не позволяли определить признаки неплатежеспособности (недостаточности имущества).
Как верно отмечено судом первой инстанции снижение остатка денежных средств не является фактором ухудшения финансового состояния должника, поскольку у должника нет обязательств по поддержанию определенного объема средств на счетах, в том числе по состоянию на отчетную дату.
Само по себе наличие задолженности на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона о банкротстве не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.
Таким образом, материалами дела не подтверждается наличие у должника признака неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения оспариваемых сделок.
Факт причинения вреда имущественным правам кредиторов, в нарушение статьи 65 АПК РФ, материалами дела, также, не подтвержден.
ПАО "Сбербанк России" заинтересованным лицом по отношению к АО "Нефтебаза Красный Яр" не является, доказательств ущемления интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, равно как и осведомленности об этом Банка, в материалы дела не представлено.
Доказательств принуждения Банком заемщика к получению кредита и заключению договоров ипотеки, также, не представлено, равно как и доказательств намерения Банка причинить имущественный вред должнику и его кредиторам.
Поскольку сделки залога обычно не предусматривают встречного исполнения со стороны кредитора в пользу предоставившего обеспечение лица, оснований ожидать, что Банк должен был заботиться о выгодности спорных сделок для залогодателя, не имелось.
По общему правилу статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
Банк не должен подтверждать собственную добросовестность строгими средствами доказывания. В отсутствие доказательств обратного у судов не имеется оснований полагать, что банк, зная о заведомой неплатежеспособности должника (заемщика), подверг бы себя не имеющему экономического смысла риску.
В силу статьи 65 АПК РФ именно на кредиторах лежала обязанность доказывания обратного.
О злоупотреблении правом со стороны кредитной организации при заключении обеспечительных сделок могло бы свидетельствовать, например, совершение банком названных сделок не в соответствии с их обычным предназначением (не для создания дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств), а в других целях, таких как:
участие банка в операциях по неправомерному выводу активов;
получение банком безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности;
реализация договоренностей между банком и залогодателем, направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали (в том числе, не имеющее разумного экономического обоснования принятие новых обеспечительных обязательств по уже просроченным основным обязательствам в объеме, превышающем совокупные активы поручителя (залогодателя), при наличии у последнего неисполненных обязательств перед собственными кредиторами), и т.п.
Аналогичный правовой подход содержится в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015 N 308-ЭС15-1607.
В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе, в получении необходимой информации.
Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце четвертом пункта 4 постановления N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункте 10 постановления от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса).
Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума ВАС РФ от 17.06.2014 N 10044/11).
В данном случае предмет обеспечения прописывался при заключении кредитных договоров и имущество, переданное в залог по договорам от 20.06.2014, уже находилось под обременением в пользу ПАО "Сбербанк России".
Вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания спорной сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, судом апелляционной инстанции признается правильным.
В отношении договоров ипотеки от 15.12.2014 и 30.01.2015 судом первой инстанции верно установлено, что сделки совершены в течение шести месяцев до возбуждения в отношении должника дела о банкротстве.
В соответствии с положениями абзацев 2 и 3 пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности, при наличии следующих условий: - сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки.
Если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве она может быть признана недействительной, только если:
а) в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве;
б) или имеются иные условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи 61.3, и при этом оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества (пункт 12 постановления от 23.12.2010 N 63).
Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 8 пункта 12 постановления от 23.12.2010 N 63, в качестве сделок, предусмотренных абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, могут рассматриваться, в частности, сделки по установлению залога по ранее возникшим требованиям.
Оспариваемые сделки по заключению договоров залога направлены на обеспечение исполнения обязательств должника перед ПАО Сбербанк России по обязательствам, возникшим из кредитных договоров, заключенных в 2013, 2014 годах.
В определении от 17.10.2016 N 307-ЭС15-17721 (4) Верховный Суд Российской Федерации сформулировал правовую позицию, согласно которой в целях правильного применения положений статьи 61.3 Закона о банкротстве необходимо определить, какой характер имеет оспариваемая сделка, то есть установить, какое сочетание прав и обязанностей сторон правоотношений опосредует ее содержание.
Как верно установлено судом первой инстанции и следует из договоров залога от 15.12.2014, в залог передано оборудование, расположенное на четырех автозаправочных комплексах, которые были ранее переданы в залог по договорам ипотеки от 20.06.2014.
Вместе с тем, судом первой инстанции не учтено, что и оборудование, переданное в залог по договору от 30.01.2015, также расположено на автозаправочных комплексах.
Таким образом, фактически после заключения договоров залога от 15.12.2014 и 30.01.2015 (в части оборудования), состав залогового имущества в виде АЗС как объекта не поменялся, следовательно, указанные сделки не привели к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки.
В данном случае, необходимо учитывать, что движимое имущество, находящееся на автозаправочных станциях (системы пожарной сигнализации, системы видеонаблюдения, телефонные сети, раздевалки и т.п.) является составной частью каждого из имущественных комплексов и в качестве такового было обременено залогом по правилам статей 134 и 135 ГК РФ и части 3 статьи 5 Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)".
Приказом Минэнерго Российской Федерации от 17.06.2003 N 226 утверждены Правила технической эксплуатации автозаправочных станций (РД 153-39.2-080-01) (далее по тексту - Правила РД 153-39.2-080-01).
Пунктом 1.1 Правил РД 153-39.2-080-01 установлены требования к эксплуатации автозаправочной станции (далее - АЗС), ее территории, зданиям, сооружениям и оборудованию, инженерным коммуникациям, порядку приема, хранения, выдачи и учета нефтепродуктов, метрологическому обеспечению, экологической и пожарной безопасности, охране труда, обслуживающему персоналу и его профессиональной подготовке.
Пунктом 1.2 Правил РД 153-39.2-080-01 определено, что положения и требования настоящего РД распространяются на действующие, строящиеся и реконструируемые АЗС, которые осуществляют обеспечение нефтепродуктами владельцев транспортных средств, водителей специального автотранспорта и автотранспорта специального назначения, а также для удовлетворения собственных нужд организаций и индивидуальных предпринимателей.
В соответствии с Правилами РД 153-39.2-080-01 на АЗС осуществляются следующие технологические процессы: прием, хранение, выдача (отпуск) и учет количества нефтепродуктов. Дополнительно на АЗС реализуют смазки, специальные жидкости, запасные части к автомобилям и другим транспортным средствам, а также оказываются услуги владельцам и пассажирам транспортных средств. Управление процессом отпуска с топливораздаточных колонок осуществляется контрольно-кассовой машиной через контроллер управления ТРК или компьютерно-кассовой системой (в состав которой входят компьютер и фискальный регистратор) через контроллер управления ТРК. Здания, сооружения, технологическое и энергетическое оборудование, а также вспомогательные устройства и оборудование АЗС эксплуатируются в соответствии с разработанной на них проектно-эксплуатационной документацией. Проезжая часть территории АЗС должна иметь твердое покрытие и быть в исправном состоянии, обеспечивать свободный подъезд автотранспорта к каждой топливораздаточной колонке, сливным устройствам, пожарным водоемам, местам выгрузки тарных грузов.
Согласно общим положениям Свода правил "Станции автомобильные заправочные. Требования пожарной безопасности", утвержденного Приказом МЧС России от 05.05.2014 N 221 (до введения в действие указанного СП - НПБ 111-98 нормы пожарной безопасности "Автозаправочные станции. Требования пожарной безопасности"), традиционная автозаправочная станция - это технологическая система, которая предназначена для заправки транспортных средств только жидким моторным топливом и характеризуется подземным расположением резервуаров и их разнесением с топливораздаточными колонками (ТРК). В состав технологической системы АЗС в качестве составляющих частей и принадлежностей входят: здание операторной; резервуарный парк; навес; сливная площадка АЦ; стоянка автомашин; очистные сооружения; опоры освещения; ТРК; заправочная площадка с островками ТРК и пр.
Недвижимое имущество, раздел которого в натуре невозможен без изменения ее назначения, является неделимой вещью в силу статьи 133 ГК РФ.
В соответствии со статьей 134 ГК РФ, если разнородные вещи образуют единое целое, предполагающее использование их по общему назначению, они рассматриваются как одна вещь (сложная вещь). Действие сделки, заключенной по поводу сложной вещи, распространяется на все ее составные части, если договором не предусмотрено иное.
Очевидно, что АЗС в ее функциональном понимании представляет собой совокупность строений перечисленных выше, а также топливных резервуаров и топливно-распределительных колонок независимо от того, претерпели они изменения в ходе эксплуатации либо нет.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители сторон не отрицали, что имущество, переданное в залог по договорам залога от 15.12.2014 и 30.01.2015, является составной частью АЗС, без которого АЗС не может функционировать.
Учитывая, что имущество, указанное в договорах залога, предназначено для обслуживания главной вещи (АЗС, земельного участка) и является принадлежностью в смысле ст. 135 ГК РФ, а поэтому на это имущество распространяется право залога.
В отчетах об оценке, размещенных на ЕФРСБ 09.12.2016, выполненных по заказу конкурсного управляющего, указанное в договорах залога оборудование также оценивалось в составе АЗС.
Исходя из перечня данного имущества, можно сделать вывод, что оно является составными частями автозаправочных станций, без которого функционирование станций по назначению невозможно.
Данные обстоятельства были установлены, в том числе при рассмотрении в настоящем деле о банкротстве заявления конкурсного управляющего Руслякова М.М. о разрешении разногласий по реализации залогового имущества и утверждении порядка и условий его продажи (определение Арбитражного суда Новосибирской области от 01.09.2017, постановление от 25.10.2017 Седьмого арбитражного апелляционного суда, постановление от 29.01.2018 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа).
Суд округа отразил в постановлении, что судами обоснованно указано на то, что движимое имущество, находящееся на автозаправочных станциях (системы пожарной сигнализации, системы видеонаблюдения, телефонные сети, раздевалки и т.п.) является составной частью каждого из имущественных комплексов и в качестве такового было обременено залогом по правилам статей 134 и 135 ГК РФ и части 3 статьи 5 Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)".
Арбитражный апелляционный суд также отмечает, что пунктом 8.2.7 кредитного договора N 149 от 30.09.2013, пунктом 8.2.6 кредитных договоров N 167 от 22.11.2013 и N 27 от 01.04.2014, пунктом 2.4 договоров залога товаров в обороте стороны предусмотрели замену обеспечения.
В случае утраты предмета залога (или его части), залогодатель обязан в десять рабочих дней с момента уведомления восстановить предмет залога или заменить его другим равноценным имуществом.
Установив частичную утрату предмета залога, должник и Банк заключили договор залога от 30.01.2015, согласно которому в залог передано оборудование, расположенное на АЗС и транспортные средства, залоговой стоимостью 20 345 700 рублей.
Факт отсутствия товаров в обороте (ГСМ) был установлен должником и Банком при проверки наличия предмета залога (акты мониторинга от 02.12.2014, 28.01.2015, т. 4 л.д. 41-42), в связи с чем и был заключен договор от 30.01.2015.
Кроме того, факт отсутствия предмета залога был установлен арбитражным судом, при рассмотрении требования ПАО "Сбербанк России".
Таким образом, взамен ТЦМ в залог были переданы транспортные средства и оборудование, общей залоговой стоимостью 66 422 130,24 рублей по договору N ДЗ от 30.01.2015.
В этой связи, как верно отмечается залоговым кредитором, совокупная стоимость заложенного имущества не увеличилась, поскольку заключение договора залога от 30.01.2015 повлекло замену прежнего предмета залога, который был уменьшен более чем на 278 млн. рублей.
В соответствии с пунктом 2 статьи 357 ГК РФ товары в обороте, отчужденные залогодателем перестают быть предметом залога с момента их перехода в собственность, хозяйственное ведение или оперативное управление приобретателя.
Согласно пункту 1 статьи 345 Кодекса предмет залога может быть заменен другим имуществом только по соглашению залогодателя и залогодержателя.
Из кредитных договоров и договоров залога следует, что на должника возложена обязанность в случае утраты предмета залога восстановить его или заменить другим равноценным имуществом.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.09.2009 N 128 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с оспариванием сделок в деле о банкротстве", сделка по передаче имущества в залог не может рассматриваться в качестве сделки, влекущей предпочтительное удовлетворение требований кредиторов, если первоначальный предмет залога заменен равноценным предметом, и соотношение цены первоначального предмета залога (недвижимое и движимое имущество) и цены акций вновь созданного акционерного общества, позволяющее сделать вывод об их равноценности.
В данном случае, замена товаров в обороте не могла повлечь предпочтительность.
На основании изложенного, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу, что апелляционная жалоба ПАО "Сбербанк России" подлежит удовлетворению, а оспариваемый судебный акт отмене в части.
Ссылка ПАО "Сбербанк России" на пункт 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве, арбитражный апелляционный суд считает необоснованной, поскольку стоимость переданного в залог оборудования и транспортных средств превышает 1% стоимости активов должника за последний отчетный период (согласно данным бухгалтерского баланса за 2014 год активы общества составляли 1 506 389 000 рублей).
Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 3 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд
постановил:
определение Арбитражного суда Новосибирской области от 08 декабря 2017 г. (резолютивная часть объявлена 01.12.2017) по делу N А45-7621/2015 отменить в части признания недействительным договора залога N ДЗ от 30.01.2015. заключенного между публичным акционерным обществом "Сбербанк России" и акционерным обществом "Нефтебаза Красный Яр", и в части взыскания с публичного акционерного общества "Сбербанк России" в пользу общества с ограниченной ответственностью "СибФинанс" 6 000 рублей судебных расходов.
В остальной части оставить оспариваемый судебный акт без изменения. апелляционные жалобы Кузнецова Владимира Юрьевича и общества с ограниченной ответственностью "СибФинанс" без удовлетворения.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "СибФинанс" в пользу публичного акционерного общества "Сбербанк России" 3 000 рублей судебных расходов за рассмотрение апелляционной жалобы.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение одного месяца со дня вынесения путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.
Председательствующий
А.В.НАЗАРОВ
Судьи
М.Ю.КАЙГОРОДОВА
Д.Г.ЯРЦЕВ
------------------------------------------------------------------
Публичный судебный акт из картотеки арбитражных дел. Сервис не является юридической консультацией; постоянная ссылка на акт.