Practice

Постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.09.2026 № 20АП-2364/2026 по делу № А23-4455/2023

дело А23-4455/2023карточка дела в КАД

Судьба акта: округ не пересматривал — сверьте цепочку через MCP get_case.

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ от 17 сентября 2026 г. N 20АП-2364/2026

Дело N А23-4455/2023 резолютивная часть постановления объявлена 14.09.2026 постановление изготовлено в полном объеме 17.09.2026

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Воронцова И.Ю., судей Егураевой Н.В. и Устинова В.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Петруниной А.О., при участии в судебном заседании: от ООО "Национальный центр информатизации" - представителя Евдокимова А.Л. (от 20.01.2026), от АО "Калужский электромеханический завод" - представителя Каца Д.А. (от 01.09.2026), от АО "Почта России" - представителя Бурмистровой И.Н. (от 17.07.2026), в отсутствие третьих лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Национальный центр информатизации" на решение Арбитражного суда Калужской области от 09.04.2026 по делу N А23-4455/2023,

установил:

общество с ограниченной ответственностью "Национальный центр информатизации" (далее истец, общество "НЦИ", ОГРН 1147746450994, ИНН 7703810139) обратилось в Арбитражный суд Калужской области с исковым заявлением к акционерному обществу "Калужский электромеханический завод" (далее ответчик, общество "КЭМЗ", ОГРН 1114027007511, ИНН 4027106964) о взыскании 82 949 958 руб. задолженности за оказанные услуги по договору от 22.01.2021 N 27.

В качестве соответчика по делу привлечено акционерное общество "Почта России" (далее соответчик, ОГРН 1197746000000, ИНН 7724490000).

Судом первой инстанции в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: акционерное общество "Сбербанк лизинг", Федеральная служба по финансовому мониторингу, общество с ограниченной ответственностью "Айсбер", временный управляющий общества с ограниченной ответственностью "Национальный центр информатизации" Сизов Владимир Николаевич.

Истец неоднократно изменял иск, в итоговом уточнении просил взыскать с ответчиков 84 949 958 руб. задолженности за оказанные услуги по договору. Уточнения иска приняты судом.

Решением Арбитражного суда Калужской области от 09.04.2026 по настоящему делу с акционерного общества "Калужский электромеханический завод" в пользу общества с ограниченной ответственностью "Национальный центр информатизации" взысканы 459 188 руб. 96 коп. задолженности, а также 4 318 руб. 84 коп. судебных расходов. В удовлетворении иска в остальной части отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец (далее также заявитель) обратился в суд апелляционной инстанции с жалобой о его отмене, ссылаясь на то, что судом не полностью выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; судом нарушены и неправильно применены нормы материального и процессуального права; выводы суда, изложенные в решении, не соответствуют обстоятельствам дела; не применены нормы закона, подлежащие применению; не доказаны, имеющие значение для дела обстоятельства, которые суд считал установленными. По мнению заявителя, судом первой инстанции не установлена правовая природа отношений сторон по оказанию услуг по техническому сопровождению АПС и СУ АПС; не установлены особенности правового регулирования таких отношений; не оценены доводы истца; судом проигнорировано, что в соответствии с договором 1 и договором 2 единицей услуги является период времени всего этапа 3, составляющий 185 дней и цена (стоимость) является твердой в соответствии с п. 3.2.3. договора "Стоимость этапа N 3 составляет 84 949 958,00 руб., в том числе НДС - 14 158 326,33 руб.; не установлены периоды гарантийного обслуживания единиц оборудования ни по одной заявке, на которые не распространяется гарантия, нет этого в заключении экспертов; не установлены заявки по случаям, которые не входят в гарантийное обслуживание, а эксперты установили только одну, что противоречит имеющимся в материалах дела доказательствам; судом направлены экспертам не все материалы дела при проведении экспертизы, что привело к неполному исследованию экспертами материалов дела и неполноте проведенного исследования и недостоверности их выводов; судом неправильно установлен срок действия договора в части оказания услуг по техническому сопровождению АПС и Су АПС договор; судом дана необоснованная (противоречащая имеющимся в материалах дела) оценка добросовестности сторон. Полагает, что суд препятствовал истцу в установлении обстоятельств, имеющих значение для дела, а также нарушил ст. ст. 8, 9, 41, 71 АПК РФ. Подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

От заявителя поступили ходатайства о вызове в судебное заседание экспертов: Пшеничного Д.Г. и Пономаревой А.Е. и назначении по делу повторной судебной экспертизы.

Представитель заявителя в судебном заседании поддержал заявленные ходатайства.

Представители ответчиков возражали против удовлетворения заявленных ходатайств.

Ходатайство заявителя о вызове экспертов в судебное заседание рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 159 АПК РФ, и отклонено, поскольку оснований, предусмотренных статьей 86 АПК РФ, не установлено.

Заявив данное ходатайство, заявитель не указал, на какие вопросы следует ответить экспертам и какие обстоятельства будут установлены в результате их пояснений.

Из нормы абзаца 2 части 3 статьи 86 АПК РФ следует, что вызов эксперта в судебное заседание, в том числе по ходатайству лица, участвующего в деле, является правом, а не обязанностью суда.

В рассматриваемом случае, принимая во внимание совокупность имеющихся в деле доказательств, учитывая, что заключение экспертов является полным и ясным, отсутствие оснований для иного толкования их выводов, суд апелляционной инстанции не усматривает необходимости в вызове экспертов в судебное заседание и их допросе. При этом судебной коллегией учтено, что заявителем не представлено обоснованных возражений, свидетельствующих о необъективности экспертов.

Апелляционным судом также рассмотрено в порядке ст. 159 АПК РФ заявленное ходатайство о назначении повторной экспертизы и отклонено, в связи с отсутствием оснований, предусмотренных статьей 87 АПК РФ и ввиду нецелесообразности проведения указанной экспертизы. Так, по настоящему делу судом была проведена судебная экспертиза. Указанная экспертиза произведена экспертами в полном объеме, выводы экспертов достаточны, конкретны и обоснованны. Судом не установлено оснований сомневаться в полноте и ясности заключения экспертов.

При этом судебная коллегия обращает внимание, что ходатайство о назначении повторной экспертизы также заявлялось истцом в суде первой инстанции.

Учитывая проведение экспертизы в соответствии с требованиями статей 82, 83, 86 АПК РФ, ясность и полноту заключения экспертизы, отсутствие в нем противоречий, суд области мотивированно отклонил ходатайство истца о проведении по делу повторной судебной экспертизы.

Несогласие истца с выводами экспертов, а также суда области, сделанными по результатам оценки заключения экспертизы в совокупности с иными доказательствами по делу, не указывает на нарушение положений статьи 87 АПК РФ.

Представитель заявителя в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы, настаивал на ее удовлетворении.

Представители ответчиков возражали против доводов апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзывах на нее, просили оставить обжалуемое решение без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Третьи лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в суд апелляционной инстанции своих представителей не направили, апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие на основании статей 156, 266 АПК РФ.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте Двадцатого арбитражного апелляционного суда (www.20aas.arbitr.ru) и на сайте (www.arbitr.ru) в соответствии с положениями части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266 и 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы.

Изучив доводы апелляционной жалобы, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что судебный акт не подлежит отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между обществом с ограниченной ответственностью "Национальный Центр Информатизации" (далее - исполнитель) и акционерным обществом "Калужский электромеханический завод" (далее - заказчик) заключен договор N 27 от 22.01.2021 на поставку комплектующих для создания автоматизированных почтовых станций (далее - АПС), предоставление права использования системы управления АПС (далее - СУ АПС), выполнение работ по развертыванию СУ АПС, по доставке, выполнению работ по установке АПС и оказание услуг по техническому сопровождению АПС и СУ АПС (далее - договор) в рамках исполнения контракта N 32009569006 от 13.12.2020, заключенного с АО "Почта России" (далее - генеральный заказчик).

Согласно п. 2.1 договора истец принял на себя обязательство:

В силу п. 2.1.1. выполнить работы по развертыванию СУ АПС, в том числе интеграцию Системы в Центр обработки данных (ЦОД) генерального заказчика и интеграцию POS-терминалов с банком-эквайером в соответствии с техническим заданием, а также выполнить работы по установке АПС генеральному заказчику, включающие в себя: доставку, погрузку и разгрузку модулей АПС по адресам установки, установку АПС по указанным заказчиком адресам, такелажные работы модулей АПС, монтажные и пусконаладочные работы модулей АПС согласно документации производителя и требованиям договору, в том числе приложениям к нему, и передать результаты работ заказчику (далее - работы).

В силу пункта 2.1.1. поставить комплектующие для создания АПС, соответствующие требованиям и в сроки, установленные в техническом задании, в соответствии с наименованием, ассортиментом и в количестве, предусмотренном в Спецификации на поставку (далее - поставка).

В силу пункта 2.1.3 предоставить право на СУ АПС в объеме, порядке, в сроки и в пределах, предусмотренных техническим заданием и договором (далее - передача прав).

В силу пункта 2.1.4 оказать услуги по техническому сопровождению АПС и СУ АПС (в том числе, предоставление доступа и установки обновленных версий СУ АПС) в объеме, сроки и на условиях, определенных договором и техническим заданием (далее - услуги).

Данный договор N 27 заключен на основании и во исполнение основного договора N 32009569006 от 03.12.2020 (далее - основной договор) на выполнение работ по изготовлению и поставку автоматизированных почтовых станций (АПС), предоставления права использования СУ АПС, а также на оказание услуг по техническому сопровождению АПС И СУ АПС, заключенного между ответчиком и АО "Почта России" (п. 1.20 договора N 27).

Пунктом 3.6.4. технического задания к договору N 27 предполагается получение истцом (ООО "НЦИ") заявок от генерального заказчика (АО "Почта России").

Письмом от 30.06.2022 N НЦИ-И-3177-22 исполнитель уведомил заказчика о том, что он приступил к оказанию услуги по техническому сопровождению системы (СУ АПС) и АПС (далее - услуги) по этапу N 3 договора.

Согласно пункту 3.2.3 договора отчетным периодом по техническому сопровождению АПС И СУ АПС является календарный квартал.

При этом стоимость этапа не зависит от количества поступивших заявок, а рассчитывается исходя из продолжительности периода оказания услуг.

В период с 01.06.2022 по 30.09.2022 поступили заявки по договору.

Согласно письму N НЦИ-И-3943-22 от 23.08.2022 исполнитель указывал на частое несоответствие выбранного классификатора поступающих заявок со стороны заказчика и просил осуществить корректировку классификатора с "гарантийного ремонта" на "техническое сопровождение".

Также необходимость осуществления данной корректировки регулярно отражались непосредственно в самой системе "Naumen".

Исполнитель обрабатывал поступившие заявки.

13.10.2022 исполнитель направил в адрес заказчика письмо N НЦИ-И-4710-22, в котором указал выполнение своих обязательств на сумму 56 477 719 (пятьдесят шесть миллионов четыреста семьдесят семь тысяч семьсот девятнадцать) рублей 30 копеек.

Заказчик предоставил ответ, в котором отказался от оплаты оказанных исполнителем услуг за период с 01.06.2022 по 30.09.2022.

Исполнитель направил в адрес заказчика письмо N НЦИ-268-23, в котором указал выполнение своих обязательств на сумму 28 472 238 (двадцать восемь миллионов четыреста семьдесят две тысячи двести тридцать восемь) рублей 70 копеек.

Заказчик предоставил ответ на письмо, в котором отказался от оплаты выполненных исполнителем услуг за период с 01.10.2022 по 02.12.2022.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца с настоящим иском в суд.

Проверив в порядке, установленном главой 34 АПК РФ, правильность применения судом норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов, содержащихся в апелляционной жалобе и отзывах на нее, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В силу статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. При этом односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно п. 1 ст. 711 ГК РФ, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

В соответствии со ст. 721 ГК РФ качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода.

Подрядчик может принять на себя по договору обязанность выполнить работу, отвечающую требованиям к качеству, более высоким по сравнению с установленными обязательными для сторон требованиями.

На основании статьи 722 ГК РФ в случае, когда законом, иным правовым актом, договором подряда или обычаями делового оборота предусмотрен для результата работы гарантийный срок, результат работы должен в течение всего гарантийного срока соответствовать условиям договора о качестве (пункт 1 статьи 721).

Гарантия качества результата работы, если иное не предусмотрено договором подряда, распространяется на все, составляющее результат работы.

Пунктом 1 статьи 723 ГК РФ предусмотрено, что в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы, или с иными недостатками, которые делают его не пригодным для предусмотренного в договоре использования либо при отсутствии в договоре соответствующего условия непригодности для обычного использования, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, по своему выбору потребовать от подрядчика безвозмездного устранения недостатков в разумный срок.

Поскольку исполнитель оказал услуги по техническому сопровождению по договору частично, то он имеет право получить плату за них. При этом в остальной части оказанные услуги выполнены в рамках исполнения гарантийных обязательств и оплате не подлежат.

Проанализировав представленные сторонами документы, учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что АО "Почта России" является ненадлежащим ответчиком по делу, поскольку обязательство перед обществом "НЦИ" по договору возникло у общества "КЭМЗ", при этом иных установленных законом оснований для привлечения АО "Почта России" к исполнению обязательств по договору не установлено.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств; каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статьи 64, 65, 67, 68, 71 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В суде первой инстанции назначена судебная экспертиза в порядке ст. 82 АПК РФ, проведение которой поручено экспертам автономной некоммерческой организации "Центральное бюро судебных экспертиз N 1" Пшеничному Д.Г., Пономаревой А.Е.

В результате проведения судебной экспертизы эксперты пришли к следующим выводам.

Из направленных АО "Почта России" в адрес общества "НЦИ" заявок, 1 (одна) заявка исполнена в рамках технического сопровождения 3 этапа договора N 27 от 22.01.2021.

Стоимость фактически оказанных обществом "НЦИ" по 3 этапу услуг по техническому сопровождению договору от 22.01.2021 N 27 за период с 01.06.2022 по 02.12.2022 включительно составила 459 188 руб. 96 коп.

Поскольку поставленные судом вопросы предполагали определение объема именно исполненных заявок (фактически оказанных услуг) по техническому сопровождению, а по требованиям раздела 3.6 технического задания к исполнению договора относится в том числе устранение выявленных уязвимостей, устранение выявленных дефектов АПС, устранение иных проблем, вызвавших обращение и т.п., то экспертами в таблице 1 на стр. 15-16 заключения отражены именно критерии для признания заявок исполненными, а сами исполненные заявки (фактически оказанные услуги) по техническому сопровождению указаны в таблице 2 на стр. 27 заключения.

Указанный вывод прямо отражен в заключении на стр. 23: "сам по себе факт приема и обработки заявки не является фактическим оказанием услуги по ней (т.е. исполнением заявки)".

Как следует из страницы 21 заключения, эксперты для обеспечения объективности исследования полностью исследовали представленные материалы дела, в том числе позиции сторон. Использование при подготовке заключения данных от всех лиц, участвующих в деле, свидетельствует о всесторонности и объективности исследования, а не о предвзятости экспертов.

На стр. 21, 24, 25 и 26 заключения эксперты указывают, что в их распоряжении находились и, в первую очередь, были проанализированы файлы "Отчет 01.06-30.09.2022.pdf" (иллюстрации 6-7) и "Отчет 01.10.-02.12.2022.pdf" (иллюстрации 8-9) - то есть документы, представленные самим истцом.

Экспертами на странице 28-29 заключения подробно обосновано применение положений об оплате стоимости услуг пропорционально времени оказания услуг со ссылкой на ст. 3.2.3, 3.4.5. договора, а также подробно указана методология расчета стоимости фактически оказанных услуг. Несогласие истца с положениями договора не свидетельствует о неправильности выводов экспертов.

Проведение судебной экспертизы должно соответствовать требованиям ст. ст. 82, 83, 86 АПК РФ, в заключение эксперта должны быть отражены все предусмотренные ч. 2 ст. 86 АПК РФ сведения, экспертное заключение должно быть основано на материалах дела, являться ясным и полным.

Суд области, оценив представленное в материалы дела заключение экспертов N 506-ЗЭ, правомерно признал его допустимым доказательством по делу, поскольку оно соответствует требованиям статей 82, 83 и 86 АПК РФ, в нем отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК РФ сведения, оно является ясным и полным. В выводах экспертов содержатся ответы на все поставленные судом вопросы, противоречия в их выводах отсутствуют. Ответы экспертов на поставленные судом вопросы понятны, следуют из проведенного исследования и подтверждены фактическими данными. Эксперты надлежащим образом предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

В соответствии с частью 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является одним из доказательств по делу, которое оценивается судом в порядке, предусмотренном в статье 71 АПК РФ, в совокупности с иными допустимыми доказательствами по делу (часть 3 статьи 86 АПК РФ).

Поскольку назначение судебной экспертизы является правом суда, а не обязанностью, заключение эксперта представляет собой один из видов доказательств по делу, которые оцениваются в их совокупности, отказ суда области в назначении по делу повторной судебной экспертизы о нарушении норм процессуального права не свидетельствует.

Как следует из содержания договора, в рамках системы регистрации заявок производится обработка запросов генерального заказчика как по гарантийному обслуживанию (раздел 6 технического задания), так и по техническому сопровождению (раздел 3.6 технического задания). По результатам обработки запроса генерального заказчика истец мог отнести заявку к тому или иному обязательству, а затем мог исполнить запрос, либо отказаться от его исполнения в случае его неверной категоризации генеральным заказчиком.

Таким образом, до окончания обработки запроса какие-либо конкретные обязательства технически не могут считаться выполненными истцом.

Согласно материалам дела, все заявки генерального заказчика направлялись как заявки по гарантийному обслуживанию, в связи с чем их обработка должна была быть произведена в порядке п. 6.2 технического задания для гарантийных обязательств, что противоречит доводам истца о том, что в рамках обработки заявок само по себе имело место исполнение обязательств только по техническому сопровождению.

Исходя из письменных позиций истца, ответчика и генерального заказчика, в том числе при ответе на ходатайство эксперта о разъяснении, в материалы дела в электронном виде представлена неоспоренная сторонами полная выгрузка из системы регистрации заявок в формате.xlsx и.pdf, а также представлены односторонние акты приемки выполненных истцом работ - "Отчет 01.06-30.09.2022.pdf" и "Отчет 01.10.-02.12.2022.pdf".

При этом доступ к системе регистрации заявок не дал бы никакой дополнительной информации для ответа на вопросы о классификации заявок и их стоимости, а лишь подтвердил бы то, что и так имеется в материалах дела. В связи с чем непосредственный доступ к системе регистрации заявок для ответа на поставленные судом вопросы экспертам не требовался, поскольку имеющихся материалов гражданского дела достаточно для формирования необходимых выводов.

Более того, истец не оспаривает сам факт, содержание или количество заявок в этих выгрузках, а лишь полагает необоснованной форму этих сведений, что свидетельствует о поиске истцом формальных причин для отклонения выводов заключения.

Как усматривается из материалов дела, между АО "КЭМЗ" и АО "Почта России" (генеральный заказчик) был заключен договор N 32009569006 от 03.12.2020 на выполнение работ, поставку АПС, предоставление права пользования СУ АПС и оказание услуг по техническому сопровождению АПС и СУ АПС (далее - основной договор). Одним из этапов выполнения работ по основному договору является Этап N 4 -"Сопровождение Системы и АПС".

Во исполнение обязанностей по основному договору ответчиком был заключен договор N 27 от 22.01.2021 с истцом (далее - субподрядный договор), что следует из п. 1.20 указанного субподрядного договора, п. 1.3. технического задания к нему, в том числе на выполнение работ по этапу "Сопровождение Системы и АПС" (этап N 3 субподрядного договора).

Рассматриваемый спор касается исключительно исполнения и прекращения этапа "Сопровождение Системы и АПС" (Этап 4 Основного договора, Этап 3 Субподрядного договора) (далее - Этап).

С февраля по июнь 2022 года ответчиком и генеральным заказчиком в рамках переписки по электронной почте, а также переговоров по ВКС была доведена до истца информация о предстоящем прекращении сотрудничества по этапу.

Генеральный заказчик письмом N А4-АУ0-08/3796 от 15.06.2022 заявил о прекращении правоотношений (отказался от исполнения) этапа 4 основного договора в указанной части, а также отметил наличие у него собственных ресурсов для сопровождения системы и АПС.

Таким образом, ответчиком до истца было доведено указанное письмо генерального заказчика, в связи с чем ответчик также сообщил о прекращении правоотношений, что не отрицается истцом в письме N НЦИ-И-3177-22 от 30.06.2022.

При этом прекращение правоотношений по этапу не повлияло на гарантийные обязательства сторон в рамках уже выполненных этапов договоров, в связи с чем генеральным заказчиком через систему АСУИП на базе Naumen направлялись истцу запросы на гарантийное обслуживание системы и АПС.

Как указывал истец, в период с 01.06.2022 по 30.09.2022 в адрес истца от генерального заказчика поступило 340 заявок с классификацией "гарантийное обслуживание", а в период с 01.10.2022 по 02.12.2022 - 136 таких заявок. Письмом N НЦИ-И-4710-22 от 13.10.2022 истец направил на приемку отчет за период с 01.06.2022 по 30.09.2022, акт N 25 от 30.09.2022, счет на оплату N 614 от 30.09.2022 на общую сумму 56 477 719 руб. 30 коп., полагая, что оказанные им услуги являются не услугами по гарантийному обслуживанию системы и АПС, а услугами по этапу N 3 субподрядного договора. Ответчиком в адрес истца письмом N 49/618 от 28.10.2022 направлен мотивированный отказ в подписании документов.

Письмом N НЦИ-И-268-23 от 03.02.2023 истец направил на приемку отчет за период с 01.10.2022 по 02.12.2022, акт N 26 от 02.12.2022, счет на оплату N 1012 от 02.12.2022 на общую сумму 28 472 238 руб. 70 коп., также полагая, что оказанные им услуги являются не услугами по гарантийному обслуживанию системы и АПС, а услугами по этапу N 3 субподрядного договора. Ответчиком в адрес истца письмом N 73/25 от 28.02.2023 направлен повторный мотивированный отказ в подписании документов.

Базовыми процессами по обслуживанию системы и АПС являются гарантийное обслуживание, входящее в стоимость субподрядного договора (раздел 6 технического задания к субподрядному договору) и техническое сопровождение, являющееся самостоятельным этапом исполнения субподрядного договора (раздел 3.6 технического задания).

Как следует из письменных объяснений всех лиц, участвующих в деле, для централизованной подачи и контроля исполнения заявок истец и генеральный заказчик использовали специальный продукт для организации системы трекинга заявок (АСУИП) - Naumen.

При этом при оформлении заявки в АСУИП генеральный заказчик классифицировало заявку как запрос на "гарантийное обслуживание" или на "техническое сопровождение". После поступления и регистрации заявки, истцом производилась проверка классификации и определение приоритета заявки. По завершении обработки запроса истец, согласно положениям технического задания, уведомляет об этом автора запроса.

В силу ст. 435 ГК РФ направление заявки генеральным заказчиком является офертой (требованием), которую истец мог как акцептовать (ст. 438 ГК РФ), так и отказаться от ее выполнения.

Порядок обработки заявок истцом через АСУИП является единым и не зависит от первоначального вида заявки, правовые последствия обработки и исполнения каждого вида запроса отличаются, поскольку исполненные заявки по гарантийному обслуживанию оплате не подлежат, а в рамках технического сопровождения - подлежат в соответствии с условиями субподрядного договора.

Вышеназванная особенность гарантийного обслуживания следует из пп. 1.4, 5.1.2, 6.3 субподрядного договора, а также следующих положений законодательства.

Согласно п. 1 ст. 722 ГК РФ в случае, когда законом, иным правовым актом, договором подряда или обычаями делового оборота предусмотрен для результата работы гарантийный срок, результат работы должен в течение всего гарантийного срока соответствовать условиям договора о качестве (пункт 1 статьи 721 ГК РФ).

Пунктом 3 статьи 724 ГК РФ предусмотрено, что заказчик вправе предъявить требования, связанные с недостатками результата работы, обнаруженными в течение гарантийного срока.

При этом в пределах гарантийного срока действует презумпция вины подрядчика за недостатки (дефекты) выполненных работ и на него возлагается обязанность доказать, что работы им выполнены качественно, а возникшие в период гарантийного срока недостатки (дефекты) не являются следствием выполненных подрядчиком работ.

Последствия выполнения работ с недостатками, обнаруженными в рамках гарантийного срока, установлены в статье 723 ГК РФ, которая предусматривает возможность заказчику требовать, в том числе безвозмездного устранения недостатков в разумный срок (абзац 2 пункта 1 статьи 723 ГК РФ).

Таким образом, принятие и исполнение истцом заявки генерального заказчика на гарантийное обслуживание, исходя из терминологии обязательственного права, является безусловным акцептом требования (оферты), а отказ в ее принятии (исполнении) - отказом от акцепта, а в отдельных случаях - акцептом на иных условиях (ст. 443 ГК РФ).

С учетом изложенного и анализа выгрузки из АСУИП, суд области правомерно исходил из того, что акцепт заявок на гарантийное обслуживание истцом, реализованный явным действием (фактическим исполнением заявки), свидетельствует о наличии волеизъявления сторон, направленного на установление взаимных прав и обязанностей именно в части гарантийного обслуживания. Соответственно, данное обстоятельство исключает возможность пересмотра условий исправления недостатков работ вне выявленных пороков воли, таких как обман, насилие, угрозы или существенное заблуждение (статьи 178, 179 ГК РФ).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

При этом договоренность участников гражданского оборота может быть не только закреплена в заключаемых между ними соглашениях, но и следовать из их фактического поведения, то есть подтверждаться совершаемыми ими конклюдентными действиями.

В момент исполнения договора истец недвусмысленно совершил следующие действия: не отказался от выполнения заявок генерального заказчика и выполнял их; не потребовал назначения независимой экспертизы для определения причин возникновения недостатков, заявленных генеральным заказчиком; не произвел самостоятельное привлечение независимого специалиста или эксперта для определения причин возникновения недостатков, заявленных генеральным заказчиком; после первоначального мотивированного отказа ответчика в приемке работ письмом исх. N 49/618 от 28.10.2022 продолжил выполнять работы, осознавая, что в дальнейшем ему также будет направлен отказ в приемке работ.

В рассматриваемом случае вышеуказанные действия истца являются явно разумным и ожидаемым поведением участника гражданского оборота, который признает верность классификации генеральным заказчиком заявок как гарантийных. Никаких иных действий в рамках исполнения договора, которые можно было бы расценить иным образом, истцом не совершалось.

При этом при рассмотрении вопроса о том, какие действия истец как добросовестный участник гражданского оборота мог предпринять для того, чтобы выполняемые им работы рассматривались всей договорной цепочкой как работы, выполняемые в рамках этапа N 3 субподрядного договора, и, соответственно, подлежащими дополнительной оплате, следует признать, что таковыми действиями являются отказ от выполнения заявки по гарантийному обслуживанию с дальнейшим согласованием с генеральным заказчиком выполнения заявки в рамках технического сопровождения.

Между тем, таких действий истцом не предпринято, а генеральным заказчиком - не согласовано.

Учитывая вышеизложенное, проанализировав выводы проведенной по делу судебной экспертизы N 506-3Э, суд области справедливо отметил, что выводы указанной судебной экспертизы полностью подтверждают довод ответчика о том, что подавляющее большинство исполненных заявок по своей природе были именно заявками по гарантийному обслуживанию системы и АПС, и не могли быть исполнены в рамках технического сопровождения по этапу N 3 субподрядного договора.

Поскольку в рассматриваемом случае истец самостоятельно своими действиями согласовывал (делал акцепт) заявок генерального заказчика на гарантийное обслуживание и не только имел возможность, но и фактически отказывался от выполнения части заявок по причине их несоответствия требованиям гарантии, то оснований полагать исполненными истцом заявки в рамках этапа N 3 субподрядного договора не имелось.

Генеральным заказчиком изначально определен вид заявки как "гарантийное обслуживание", то регистрация и обработка производится в порядке, установленном для гарантийного обслуживания (раздел 6 субподрядного договора).

При этом из содержания отчетных документов и материалов дела прямо следует, что оказанием услуг по заявкам генерального заказчика занималась группа гарантийного обслуживания истца, что следует из подписи истца в графах, связанных с описанием принятых решений.

Истец знал о том, обработка каких заявок им производится и какие правовые последствия обработки таких заявок предусмотрены субподрядным договором. Возможность одностороннего изменения вида обслуживания системы и АПС, в том числе в случае неправильной классификации заявки истцом, договором не предусмотрена.

Занимая в судебном споре уже противоположную позицию, истец, по сути, пытался признать обработку гарантийных заявок, которая относится к его зоне ответственности и дополнительно ответчиком не оплачивается, частью оплачиваемого технического сопровождения, что действительно соответствует его финансовым интересам, но не вытекает из положений субподрядного договора. Истец, обнаружив несоответствие вида запроса генерального заказчика его содержанию, был вправе отказаться от исполнения такой заявки и ожидать направления генеральным заказчиком новой заявки с надлежащей классификацией, однако такие случаи в материалах дела отсутствуют.

Сама по себе обработка заявки (ее классификация, определение приоритета и т.п.) не является отдельной оплачиваемой услугой ни в рамках гарантийного обслуживания, ни в рамках технического сопровождения, поскольку представляет собой лишь стадию согласования сторонами обязательства для его дальнейшего выполнения. Само по себе выполнение регистрационных, классификационных и иных организационных действий носит вспомогательный к основному обязательству характер, и не может трансформироваться в самостоятельное обязательство только потому, что оно требует затрат времени и денежных средств. Указанные действия являются частью основного обязательства по субподрядному договору, а стоимость их выполнения - включена в цену договора.

Предметом обязательства и интересом заказчика по договору является не процесс обработки заявок, а их фактическое исполнение. Как следует из разделов 3.6 и 6 технического задания к субподрядному договору, под исполнением заявки стороны понимают как устранение выявленных уязвимостей, так и устранение выявленных дефектов АПС, а также устранение иных проблем с системой и АПС.

Из представленной генеральным заказчиком статистики усматривается, что из 470 заявок генерального заказчика на гарантийное обслуживание истцом фактически выполнено только 177 заявок, или всего 37% от всех заявок. При этом 42% заявок (200 шт.) на гарантийное обслуживание было отклонено Истцом, а остальные заявки - не выполнены по иным причинам.

Так, например, заявки RP24620410, RP24587595, RP24444947, RP24222385, RP24144240, RP24621093, RP24144240, которые истец на стр. 3 возражений на отзыв от 23.01.2024 указывает как неправильно классифицированные генеральным заказчиком, вовсе не были исполнены истцом по причине, как он указывает, нераспространения гарантийных обязательств на предъявленный генеральным заказчиком недостаток.

В рассматриваемом случае позиция истца по делу сводится к тому, что оплате подлежат все полученные им заявки, в том числе те, которые он отказался исполнять по тем или иным причинам, что противоречит положениям субподрядного договора.

Кроме того, заявки по гарантийному обслуживанию, об отказе в исполнении которых заявил истец, так и не были им исполнены в порядке технического сопровождения, что свидетельствует о признании истцом возможности исполнения обязательств по субподрядному договору только в рамках гарантийного обслуживания. Указанное также подтверждает тот факт, что отсутствовали признаки исполнения субподрядного договора как абонентского в части технического сопровождения, потому что в обратно случае истец должен был бы выполнять и отказные заявки, однако он этого не делал.

При таких обстоятельствах доводы истца о том, что сама по себе обработка заявок является оплачиваемой услугой в рамках этапа N 3 субподрядного договора, судом области справедливо отклонены, как противоречащие существу договорных обязательств, условиям технического задания, а также фактическим действиям самого истца.

Действующее законодательство (п. 1 ст. 314, ст. 327.1 ГК РФ) и судебная практика (вопрос N 2 Обзора судебной практики ВС РФ N 2 (2017)) допускают возможность согласования в договоре условий о зависимости наступления срока исполнения обязанности стороны от действий этой и (или) другой стороны договора либо генерального заказчика, равно как от наступления иных обстоятельств, полностью или частично находящихся в сфере контроля стороны договора.

В пункте 3.10 субподрядного договора предусмотрено, что срок на проведение окончательного расчета за выполненные работы не должен превышать 10 (десять) дней с даты поступления на расчетный счет заказчика денежных средств от генерального заказчика в оплату соответствующих исполненных обязательств по основному договору (выполнение работ за соответствующий этап, поставка соответствующих АПС, передача прав, оказание услуг за отчетный период), а размере, достаточном для оплаты соответствующего обязательства (его части) по договору.

В силу пункта 3.4.5 субподрядного договора оплата за выполненные обязательства по соответствующему отчетному периоду этапа N 3 договора осуществляется заказчиком в размере стоимости фактически оказанных услуг в соответствующем отчетном периоде на основании подписанного заказчиком акта оказанных услуг за соответствующий отчетный период в течение 10 календарных дней с даты поступления на расчетный счет заказчика денежных средств от генерального заказчика в оплату соответствующих исполненных обязательств по основному договору и получения заказчиком от исполнителя счетов на оплату.

Исходя из принципа состязательности сторон, закрепленного в ст. 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также положений ст. 65 указанного Кодекса, лицо, не реализовавшее свои процессуальные права, в том числе и на представление доказательств, несет риск неблагоприятных последствий несовершения им соответствующих процессуальных действий.

В нарушение указанных норм истцом не представлены доказательства того, что ответчиком от генерального заказчика получены денежные средства за выполненные истцом работы, а также о том, что ответчик недобросовестно воспрепятствовал поступлению денежных средств от генерального заказчика на свой счет.

Кроме того, третьи лица как генеральные заказчики по основному договору прямо указывали, что выполненные истцом работы не могут быть приняты и оплачены в рамках этапа 4 основного договора, этапа 3 субподрядного договора, поскольку еще до начала их выполнения они явно и недвусмысленно сообщили о невозможности их оплаты.

Оценка доказательств осуществляется судом в соответствии с правилами главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Перечень средств доказывания содержится в части 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В силу статей 67, 68, 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению и с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности.

Оценив достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая вышеизложенное, проверив расчет истца и признав его несоответствующим установленным из представленных доказательств обстоятельствам, согласованным условиям, требованиям закона, приняв в качестве расчета вывод в результате проведения судебной экспертизы, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с заказчика в пользу исполнителя 459 188 руб. 96 коп. задолженности за оказанные услуги по договору и отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска в остальной части требований.

Суд апелляционной инстанции считает, что приведенная судом оценка обстоятельств дела соответствует положениям процессуального законодательства, устанавливающим стандарт всестороннего и полного исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи без придания преимущественного значения какому бы то ни было из них.

Таким образом, оснований не согласиться с выводами суда области по настоящему спору у суда апелляционной инстанции не имеется.

Довод жалобы о нарушении и неправильном применении судом норм материального и процессуального права, судом апелляционной инстанции признается ошибочным. Иное толкование заявителем апелляционной жалобы положений закона не свидетельствует о неправильном применении судом норм права.

Ссылки апеллянта на нарушения судом ст. ст. 8, 9, 41, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не нашли своего подтверждения в ходе апелляционного производства.

Иные доводы апелляционной жалобы, по существу, сводятся к переоценке установленных судом обстоятельств дела и подтверждающих данные обстоятельства доказательств. При этом фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом первой инстанции в полном объеме на основании доказательств, оцененных в соответствии с правилами, определенными ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Данные доводы не опровергают выводов суда первой инстанции, не свидетельствуют о неправильном применении и нарушении им норм материального и процессуального права, а, по сути, выражают несогласие с указанными выводами, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Все доводы и аргументы заявителя апелляционной жалобы проверены судом апелляционной инстанции, признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта и основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, обстоятельств дела.

В силу изложенного суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела и конкретных обстоятельствах, доводы лиц, участвующих в деле правильно оценены, выводы сделаны при правильном применении норм действующего законодательства.

Нарушений процессуальных норм, влекущих безусловную отмену судебного акта (часть 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлено.

С учетом изложенного, оснований для отмены обжалуемого решения арбитражного суда и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110, частью 3 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате госпошлины по апелляционной жалобе подлежат отнесению на заявителя.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

решение Арбитражного суда Калужской области от 09.04.2026 по делу N А23-4455/2023 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий судья

И.Ю.ВОРОНЦОВ

Судьи

Н.В.ЕГУРАЕВА

В.А.УСТИНОВ

------------------------------------------------------------------

------------------------------------------------------------------

------------------------------------------------------------------

Публичный судебный акт из картотеки арбитражных дел. Сервис не является юридической консультацией; постоянная ссылка на акт.