Practice

Постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 25.12.2025 по делу № А33-31805/2020к13

дело А33-31805/2020карточка дела в КАД

Судьба акта: устояло в округе — сверьте цепочку через MCP get_case.

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ от 25 декабря 2025 г. по делу N А33-31805/2020к13

Резолютивная часть постановления объявлена "22" декабря 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен "25" декабря 2025 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего: Чубаровой Е.Д., судей: Радзиховской В.В., Хабибулиной Ю.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем Таракановой О.М., при участии в судебном заседании:

прокурора отдела Прокуратуры Красноярского края - Даценко О.А., (служебное удостоверение);

представителя конкурсного управляющего ООО "Стройтехнология" - Орловой Н.Б. (доверенность 20.10.2023, паспорт), рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью "Стройтехнология" (ИНН 2457073770, ОГРН 1122457001590) на определение Арбитражного суда Красноярского края от "29" сентября 2025 года по делу N А33-31805/2020к13,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью (далее - ООО "Стройтехнология", должник) от конкурсного управляющего ООО "Стройтехнология" Анкриш Елены Александровны (далее - конкурсный управляющий, заявитель апелляционной жалобы, апеллянт) в Арбитражный суд Красноярского края поступило заявление о признании недействительной сделкой - договора уступки права требования по денежному обязательству от 06.08.2019 N Ц-01/19, заключенного между ООО "Стройтехнология" и обществом с ограниченной ответственностью "Центральная строительная лаборатория - инжиниринг" (далее - ООО "ЦСЛ-Инжиниринг", ответчик); применении последствий недействительности сделки в виде: взыскания с ООО "ЦСЛ-Инжиниринг" 15 800 000 руб., восстановлении требования ООО "ЦСЛ-Инжиниринг" к ООО "Стройтехнология" на сумму 15 800 000 руб. с удовлетворением в составе очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 29.09.2025 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, апеллянт обратился в Третий арбитражный апелляционный суд (далее - суд апелляционной инстанции) с апелляционной жалобой (в редакции дополнений к ней), в которой просит его отменить и принять новое определение об удовлетворении заявления в полном объеме.

Свою жалобу (с учетом дополнений) апеллянт мотивирует тем, что при наличии всех критериев, необходимых для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), судом первой инстанции сделан противоположный вывод об отсутствии оснований для признания сделки недействительной. В обоснование доводов апелляционной жалобы конкурсный управляющий указывает, что должник и ответчик действуя в ущерб кредиторам заключили оспариваемый договор уступки права требования по денежному обязательству от 06.08.2019 N Ц-01/19 в отсутствие встречного равноценного предоставления с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, другая сторона знала о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 06.11.2025 апелляционная жалоба оставлена без движения.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 28.11.2025 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на - 22.12.2025.

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы, подписанный судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/).

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы на официальном сайте Третьего арбитражного апелляционного суда: http://3aas.arbitr.ru/, а также в общедоступной автоматизированной системе "Картотека арбитражных дел" (http://kad.arbitr.ru) в сети "Интернет").

При изложенных обстоятельствах в силу статей 121 - 123, части 3 статьи 156 АПК РФ суд апелляционной инстанции признает лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы и рассматривает жалобу в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле.

В материалы дела от ООО "ЦСЛ-Инжиниринг" поступило ходатайство об участии в судебном заседании путем использования системы веб-конференции, которое апелляционной инстанцией удовлетворено, вместе с тем при подключении судом к сформированному в системе "Мой Арбитр" онлайн-заседанию с необходимым ожиданием установлено, что со стороны ООО "ЦСЛ-Инжиниринг" не обеспечено надлежащее подключение. Возможность участия в деле с использованием информационной системы "Картотека арбитражных дел" (онлайн-заседания) ООО "ЦСЛ-Инжиниринг" обеспечена судом на протяжении всего судебного заседания.

В материалы дела 18.12.2025 от конкурсного управляющего поступили дополнительные пояснения к апелляционной жалобе.

18.12.2025 от ответчика поступило ходатайство об отложении судебного заседания, мотивированное отсутствием возможности подготовить мотивированный отзыв на дополнения к апелляционной жалобе.

В силу статьи 158 АПК РФ отложение судебного заседания по ходатайству лица, участвующего в деле, является правом, а не обязанностью арбитражного суда.

В рамках настоящего дела коллегия судей при рассмотрении ходатайства не установила обстоятельств, свидетельствующих о необходимости отложения судебного разбирательства.

Ввиду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 158 АПК РФ, суд апелляционной инстанции, установив наличие доказательств направления дополнений в адрес ответчика, а также наличие у последнего возможности ознакомиться с указанным документом и представить соответствующие возражения, в частности, путем предоставления устных пояснений (участие представителя в заседании посредством системы веб-конференции было обеспечено со стороны суда апелляционной инстанции), отклонил ходатайство об отложении судебного заседания.

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии со статьей 268 АПК РФ документы, поступившие от лиц, участвующих в деле, приобщены судом к материалам дела.

Частью 1 статьи 268 АПК РФ установлено, что при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело.

Изучив материалы дела, заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены судебного акта, исходя из следующего.

Обращаясь в суд первой инстанции с указанным заявлением, конкурсный управляющий просил признать недействительной сделкой договор уступки права требования по денежному обязательству от 06.08.2019 N Ц-01/19, ссылаясь на то, что оспариваемая сделка совершена должником с аффилированным лицом в течение трех лет, предшествующих принятию заявления о признании должника банкротом, в период неплатежеспособности должника, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В качестве правового основания признания сделки недействительной конкурсный управляющий ссылается на положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статью 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований суд первой инстанции исходил из того, что по договору уступки права требования по денежному обязательству N Ц-01/19 от 06.08.2019 ООО "Стройтехнология" уступило право денежного требования в качестве отступного в пользу ответчика в счет погашения ранее возникших перед ответчиком обязательств по оплате транспортных услуг по вывозу строительного мусора со строительных объектов в объеме задолженности, имевшейся по состоянию на 06.08.2019, а именно в размере 15 800 000 руб. По договору уступки права требования по денежному обязательству N Ц-01/19 от 06.08.2019 ООО "Стройтехнология" предоставило ответчику равноценное встречное исполнение в сумме, эквивалентной на дату заключения спорного договора у ООО "Стройтехнология" задолженности по отношению к ответчику, возникшей за период с 05.10.2018 по 06.08.2019 по договорам оказания транспортных услуг.

Как следует из материалов дела, между ООО "Стройтехнология" (Цедент) и ООО "ЦСЛ-Инжиниринг" (Цессионарий) заключен договор уступки права требования по денежному обязательству от 06.08.2019 N Ц-01/19, согласно которому Цедент уступает, а Цессионарий принимает в полном объеме право требования оплаты стоимости выполненных работ на общую сумму 15 800 000 руб. по договору N ЕК-УКРиС 03/2018, заключенному между Цедентом и МКУ "УКРиС" и НО НЕСП "Фонд Юбилейный".

Согласно пункту 4.1 договора Цессионарий уплачивает Цеденту денежные средства в размере, порядок и условия которых определены в дополнительном соглашении к указанному договору.

Согласно дополнительному соглашению от 06.08.2019 к договору уступки права требования по денежному обязательству N Ц-01/19 от 06.08.2019, заключенному между ООО "Стройтехнология" (должник) и ООО "ЦСЛ-Инжиниринг" (кредитор), должник предоставляет кредитору в качестве отступного право требования суммы долга в размере 15 800 000 руб. по договору N ГК-УКРиС 03/2018, заключенному между должником и МКУ "УКРиС", НО НГСП "Фонд Юбилейный", на условиях и в порядке, предусмотренных договором уступки права требования по денежному обязательству N Ц-01/19 от 06.08.2019 взамен исполнения обязательств, возникших из договоров: N 01/09-18-И от 01.09.2028, N 03/09-18 от 03.09.2018, N 08/12-18 от 08.12.2018, N 13/05-19 от 13.05.2019.

Таким образом, отступное предоставлено взамен исполнения обязательств по договору на оказание услуг N 01-09-18-И от 01.09.2018, договору об оказании услуг N 03/09-18 от 03.09.2018, договору об оказании услуг N 08/12-18 от 08.12.2018, договору об оказании услуг N 13/05-19 от 13.05.2019 с ООО "ЦСЛИ - Инжиниринг".

По данным договорам, как указано в дополнительном соглашении, были оказаны транспортные услуги по вывозу строительного мусора на общую сумму 15 800 000 руб.

НО НГСП "Фонд Юбилейный" выплачено 13.08.2019 на расчетный счет ООО "ЦСЛ-Инжиниринг" 15 800 000 руб.

По мнению заявителя, удовлетворение ответчиком (аффилированным лицом) своего требования путем осуществления зачета влечет причинение вреда имущественным правам кредиторов и подпадает под признаки подозрительной сделки, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку в результате совершения оспариваемой сделки должником было утрачено право требования по спорному договору уступки в размере 15 800 000 руб.

В качестве доказательств оказания предпочтения ответчику заявитель в суде первой инстанции указывал на наличие иных неисполненных обязательств, существовавших на момент осуществления зачета, а также наличие задолженности по акту налоговой проверки от 19.06.2019.

Оценив доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу, что конкурсный управляющий не доказал неравноценность встречного предоставления по оспариваемой сделке.

На момент заключения договора уступки права требования по денежному обязательству N Ц-01/19 от 06.08.2019, у ООО "Стройтехнология" имелась перед ООО "ЦСЛ-Инжиниринг" документально подтвержденная задолженность за оказанные автотранспортные услуги.

Сумма основного долга ООО "Стройтехнология" перед ООО "ЦСЛ-Инжиниринг" на 06.08.2019 составляла 15 800 000 руб., НДС не облагается, в связи с применением упрощенной системы налогообложения на основании главы 26.2 Налогового кодекса Российской Федерации.

Сроки и основания возникновения вышеуказанной задолженности подтверждаются следующими документами:

1. Задолженность по договору об оказании услуг N 03/09-18 от 03.09.2018 в сумме 2 004 000,00 руб. подтверждается: актом об оказании услуг N 01/18 от 30.09.2018, актом сверки объемов оказанных услуг N 01/18 от 30.09.2018, путевыми листами грузового автомобиля (типовая межотраслевая форма N 4-П) за период с 04.09.2018 по 14.09.2018;

2. Задолженность по договору об оказании услуг N 01/09-18-И от 01.09.2018 в сумме 4 813 750,00 руб. подтверждается: актом об оказании услуг N 02/18 от 30.11.2018, актом сверки объемов оказанных услуг N 02/18 от 30.11.2018, путевыми листами грузового автомобиля (типовая межотраслевая форма N 4-П) за период с 01.11.2018 по 30.11.2018;

3. Задолженность по договору об оказании услуг N 08/12-18 от 08.12.2018 в сумме 1 803 750,00 руб. подтверждается: актом об оказании услуг N 03/18 от 21.12.2018, актом сверки объемов оказанных услуг N 03/18 от 21.12.2018, путевыми листами грузового автомобиля (типовая межотраслевая форма N 4-П) за период с 10.12.2018 по 20.12.2018;

4. Задолженность по договору об оказании услуг N 08/12-18 от 08.12.2018 в сумме 2 880 500,00 руб. подтверждается: актом об оказании услуг N 01-03 от 31.03.2019, актом сверки объемов оказанных услуг N 01-03 от 31.03.2019, путевыми листами грузового автомобиля (типовая межотраслевая форма N 4-П) за период с 01.03.2019 по 31.03.2019, талонами к путевым листам за период с 01.03.2019 по 31.03.2019;

5. Задолженность по договору об оказании услуг N 13/05-19 от 13.05.2019 в сумме 406 000,00 руб. подтверждается: актом об оказании услуг N 01-05 от 31.05.2019, актом сверки объемов оказанных услуг N 01-05 от 31.05.2019, путевыми листами грузового автомобиля (типовая межотраслевая форма N 4-П) за период с 13.05.2019 по 31.05.2019, талонами к путевым листам за период с 13.05.2019 по 31.05.2019;

6. Задолженность по договору об оказании услуг N 13/05-19 от 13.05.2019 в сумме 3 892 000,00 руб. подтверждается: актом об оказании услуг N 01-07 от 31.07.2019, актом сверки объемов оказанных услуг N 01-07 от 31.07.2019, путевыми листами грузового автомобиля (типовая межотраслевая форма N 4-П) за период с 21.06.2019 по 31.07.2019, талонами к путевым листам за период с 21.06.2019 по 31.07.2019.

Кроме того, в уведомлении (исх. N 128/088ПТО от 06.08.2019) о заключении договора уступки права требования по денежному обязательству N Ц-01/19 от 06.08.2019 указано, что для производства работ по уборке территории и вывозу строительного мусора ООО "Стройтехнология" привлекала к выполнению работ ООО "ЦСЛ-Инжиниринг".

Право ООО "Стройтехнология" денежного требования к МКУ "УКРиС" (Заказчик) и НО НГСП "Фонд Юбилейный" (Плательщик) до заключения договора уступки права требования по денежному обязательству от 06.08.2019 N Ц-01/19 было подтверждено представленными документами:

- актом приемки законченного ремонтом объекта, согласно которому подрядчиком ООО "СтройТехнология" предъявлены к приемке демонтажные работы по объекту: г. Норильск, Центральный район, ул. 50 лет Октября, д. 2 Б, 2В". Фактическая стоимость ремонтно-строительных (строительно-монтажных) работ, составляет 21 000 000, 00 руб., в том числе НДС 20%;

- актом о приемке выполненных работ N 1 от 31.07.2019 по унифицированной форме N КС-2, согласно которому ООО "СтройТехнология" выполнены строительно-монтажные работы по демонтажу объектов незавершенного строительства, в связи конструкций зданий и невозможностью дальнейшего завершения строительства объектов на объекте в г. Норильске, район Центральный, ул. 50 лет Октября, дом 2 "Б", 2 "В", на сумму 21 000 000, 00 руб., в том числе НДС 20%.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены судебного акта, исходя из следующего.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Пунктом 1 статьи 167 ГК РФ предусмотрено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии со статьей 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии со статьей 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими Федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования или возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио - видеозаписи, иные документы и материалы.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с частью 1 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 АПК РФ, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

В статье 61.2 Закона о банкротстве предусмотрена возможность обжалования подозрительных сделок. При этом в зависимости от того, когда была совершена сделка - в течение года до принятия заявления о признании должника банкротом (пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве) или не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании должника банкротом (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), законодателем установлен различный круг обстоятельств, подлежащих доказыванию

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. В предмет доказывания по данному пункту входят следующие обстоятельства: срок заключения сделки - в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления; неравноценность встречного исполнения обязательств другой стороной сделки.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

По смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания подозрительной сделки недействительной необходима доказанность совокупности следующих обстоятельств: вред имущественным правам кредиторов от совершения сделки, наличие у должника цели причинения вреда и осведомленность другой стороны сделки об указанной цели.

Аналогичные разъяснения изложены в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63), согласно которым пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно пункту 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в статье 2 Закона о банкротстве.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления). Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 2 указанной статьи сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Статьи 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве содержат специальные основания оспаривания сделок должника. К сделкам, подлежащим признанию недействительными относятся сделки, совершенные должником при неравноценном встречном исполнении обязательств, в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка), и сделки, которые влекут или могут повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований.

Заявление о признании должника банкротом принято арбитражным судом к производству определением от 06.11.2020.

Оспариваемая сделка совершена 06.08.2019, то есть в пределах срока, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве срока.

Таким образом, сделка совершена в период подозрительности, что предоставляет конкурсному управляющему право ее оспорить.

Часть 1 статьи 65 АПК РФ предоставляет возможность каждому лицу, участвующему в деле, доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2022 N 304-ЭС17-18149(10-14) по делу N А27-22402/2015 разъяснено, что следует учитывать, что специальные составы недействительности, предусмотренные законодательством о несостоятельности, являются средством защиты интересов кредиторов должника, а не иных лиц. В отношении конкурсного оспаривания судебной практикой выработано толкование, согласно которому при разрешении такого требования имущественные интересы сообщества кредиторов несостоятельного лица противопоставляются интересам контрагента (выгодоприобретателя) по сделке. Соответственно, право на конкурсное оспаривание в материальном смысле возникает только тогда, когда сделкой нарушается баланс интересов названного сообщества кредиторов и контрагента (выгодоприобретателя), последний получает то, на что справедливо рассчитывали первые (Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.08.2020 N 306-ЭС20-2155, от 26.08.2020 N 305-ЭС20-5613, от 28.09.2020 N 310-ЭС20-7837).

Апелляционный суд учитывает, что при оспаривании сделок по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, истец должен доказать факт нарушения сделкой имущественных интересов кредиторов должника. При этом конкурсное оспаривание может осуществляться в интересах только тех кредиторов, отношения с которыми существовали к моменту совершения предполагаемой противоправной сделки, и судам необходимо соотнести момент возникновения обязательств у должника перед кредиторами с моментом совершения оспариваемых сделок (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.11.2023 N 306-ЭС23-14897 по делу N А65-24538/2020). В этой связи конкурсное оспаривание может осуществляться в интересах только тех кредиторов, требования которых существовали к моменту совершения должником предполагаемого противоправного действия либо с большой долей вероятности могли возникнуть в обозримом будущем. При отсутствии кредиторов как таковых намерение причинить им вред у должника возникнуть не может. Иное поведение в такой ситуации абсурдно (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2020 N 305-ЭС20-12206 по делу N А40-61522/2019). Поэтому причиненный спорным платежом вред, исходя из указанного подхода, складывается из размера требований независимых кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, долг перед которыми существовал на дату совершения сделки.

При этом в данном случае наличие или отсутствие признаков неплатежеспособности должника не имеют правового значения, в связи с получением должником равноценного встречного исполнения и, как следствие, отсутствием обязательного признака для признания сделки недействительной - причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Как указано выше, при проверке сделки на предмет подозрительности основное правовое значение приобретает установление факта причинения ею вреда имущественным правам кредиторов, чьи требования остались неудовлетворенными.

Отсутствие вреда предполагает, что подобные имущественные интересы не пострадали, а осуществленные в рамках оспариваемой сделки встречные предоставления (обещания) являлись равноценными (эквивалентными). В свою очередь, это исключает возможность квалификации сделки в качестве недействительной, независимо от наличия иных признаков, формирующих подозрительность (неплатежеспособность должника, осведомленность контрагента об этом факте и т.д.) (пункт 12 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023; Определение Верховного Суда Российской Федерации от 01.09.2022 N 310-ЭС22-7258).

Поскольку положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего, квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, умаление конкурсной массы в той или иной форме (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.02.2025 N 305-ЭС21-25158(12)).

Вместе с тем в ходе апелляционного пересмотра не нашли документального подтверждения ни доводы о противоправной цели совершения сделки, ни факт причинения вреда кредиторам.

В данном случае какие-либо имущественные негативные правовые последствия для должника и его кредиторов, в частности, в виде возникновения или прекращения конкретных денежных обязательств, влияющих на размер конкурсной массы, не возникли.

В данном случае не доказан основной квалифицирующий признак недействительной сделки - факт причинения вреда имущественным правам должника или его кредиторам.

Доказательства несоответствия указанных условий иным аналогичным сделкам, совершавшимся в спорный период при сравнимых обстоятельствах, не приведены.

При этом наличие аффилированности между участниками сделки само по себе не может служить основанием для признания сделки недействительной, без совокупности всех условий, установленных статьей 61.2 Закона о банкротстве, в частности при недоказанности конкурсным управляющим факта причинения вреда кредиторам в результате совершения оспариваемой сделки. В отсутствие такого условия, как причинение в результате совершения сделки вреда имущественным правам кредиторов, в условиях установления реальности правоотношений между должником и ответчиком и эквивалентности встречных предоставлений - наличие у должника признаков неплатежеспособности (недостаточности имущества) и заинтересованность сторон сделки, даже будучи доказанными, сами по себе не имеют правового значения, так как не являются самостоятельными основаниями для признания сделки недействительной в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Заинтересованность имеет значение только в совокупности с доказанным вредом и недобросовестностью.

Принимая во внимание отсутствие у спорной сделки признаков вреда, иные составные элементы подозрительности не имеют правового значения для разрешения обособленного спора, в связи с чем не подлежат оценке.

Таким образом, установив недоказанность совокупности условий, необходимых для констатации подозрительности сделки, суд первой инстанции обоснованно не установил оснований для признания ее недействительной.

Учитывая недоказанность неравноценного встречного исполнения по оспариваемому соглашению и причинения имущественного вреда кредиторам должника, совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной по специальным основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, нет.

Суд апелляционной инстанции, оценив собранные по делу доказательства, пришел к выводу, что реальность встречного равноценного исполнения подтверждена, сделка осуществлена на возмездной основе, не доказаны мнимый либо притворный характер сделки, учитывая, что приобретатель добросовестный, цели причинить вред должнику или его кредиторам, у них не было, доказательств совершения сделки с целью причинения вреда кредиторам либо при злоупотреблении правом не представлено.

На основании оценки собранных по делу доказательств, суд апелляционной инстанции исходит из того, что заявителем не доказано наступление для должника и для его кредиторов неблагоприятных последствий и неравноценность встречного предоставления в результате заключения сделки.

Суд первой инстанции правильно исходил из отсутствия доказательств, опровергающих равноценность встречных предоставлений, недоказанности причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Принимая во внимание, что доказательств совершения оспариваемой сделки исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в обход закона с противоправной целью, отсутствуют, учитывая, что конкурсный управляющий достаточных доказательств, позволяющих усомниться в реальности сделки, не представил, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации при доказанности реального характера отношений и отсутствии кратного нарушения эквивалентности встречных предоставлений исключается причинение вреда имущественным правам кредиторов, а наличие признаков неплатежеспособности, равно как и аффилированности сторон, перестает иметь правовое значение (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 01.09.2022 N 310-ЭС22-7258).

Вывод о недоказанности совокупности обстоятельств для признания оспариваемой сделки недействительной в соответствии со статьей 61.2 Закона о банкротстве сделан судом по результатам исследования и оценки, установленных им обстоятельств в порядке, предусмотренном положениями главы 7 АПК РФ.

Наличие у оспариваемой сделки пороков, выходящих за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, судом не установлено.

Материалами дела не доказан довод о мнимости сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Таким образом, доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц.

Согласно пункту 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 от 23.06.2015 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункт 1 статьи 170 ГК РФ.

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств или имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Сделка была исполнена сторонами в соответствии с условиями, ввиду чего является реальной. Соответственно, основания для признания ее мнимой у суда отсутствуют.

Сделка сторонами исполнена.

Сделать вывод о совершении сделки лишь для вида, из материалов дела не представляется возможным.

При совокупности установленных обстоятельств основания для признания сделки недействительной отсутствуют.

Таким образом, принимая во внимание недоказанность причинения совершением оспариваемой сделкой вреда имущественным правам кредиторов, намерения сторон причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, наличия в сделке пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной и на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ, в связи с чем отказал в удовлетворении заявленных требований.

Необходимо также отметить, что в силу положений статей 382, 384 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования).

Для признания договора цессии действительным в рамках дела о банкротстве первостепенное значение имеет реальность того обязательства, которое передается.

Как было установлено выше, услуги по предоставлению транспортной техники и вывозу мусора были действительно оказаны ответчиком должнику в период, предшествующий заключению договора цессии. Сроки и основания возникновения вышеуказанной задолженности подтверждаются надлежащими документами.

Таким образом, на 06.08.2019 у ответчика существовало законное, подтвержденное первичными документами и не оспоренное право требования к должнику.

Реально существующее право требования не может быть квалифицировано как мнимая сделка.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что сама по себе смена кредитора в обязательстве (замена ответчика на нового кредитора по договору цессии) не изменяет объем (прав/обязанностей) должника.

Должник как был обязан выплатить денежные средства за фактически оказанные услуги, так и остался обязанным. Сумма задолженности не увеличилась. Сроки исполнения обязательства не изменились в сторону ухудшения для должника.

Следовательно, оспариваемый договор не привел к уменьшению имущества должника или увеличению его кредиторской задолженности.

Вред кредиторам должника не причинен, поскольку имеет место быть равноценное встречное предоставление.

Из материалов дела следует, что уступка права требования была обусловлена необходимостью проведения взаиморасчетов.

Использование цессии как инструмента прекращения обязательств между коммерческими организациями является общепринятой деловой практикой и соответствует статье 421 ГК РФ (свобода договора).

Договор цессии заключен 06.08.2019. Суд отмечает, что на дату заключения договора (задолго до введения процедуры банкротства) правоотношения сторон носили стабильный характер. Заявителем не доказано, что на 06.08.2019 ответчик или новый кредитор обладали сведениями о признаках неплатежеспособности должника.

В данном случае цессия имела под собой четкое экономическое обоснование - получение ответчиком денежных средств в более короткие сроки, чем это мог предложить должник.

Намерение кредитора быстрее монетизировать свою дебиторскую задолженность является разумным и добросовестным поведением в бизнесе.

Оспариваемый договор не нарушает права и законные интересы должника и его кредиторов, в связи с чем отсутствуют основания для признания его недействительным как по специальным основаниям Закона о банкротстве, так и по общим основаниям гражданского законодательства.

Апеллянтом в суде первой инстанции, а также в апелляционной жалобе заявлялись также следующие доводы относительно спорной сделки:

1. Довод управляющего о порочности доверенности N 09/04 от 19.04.2019.

Суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что указанный довод основаны на неверном толковании фактов и игнорировании сведений из ЕГРЮЛ.

Ключевым фактом, установленным судом первой инстанции, является смена директора. Протокол о назначении Долинки Р.С. датирован 09.04.2019 следовательно, с этого момента именно Долинка Р.С. обладал правом действовать от имени общества без доверенности.

Доверенность Кондратьеву Р.Н. была выдана 19.04.2019, когда он уже не был руководителем.

Таким образом, имело место классическое делегирование полномочий, действующий руководитель (Долинка Р.С.) наделил полномочиями иное лицо (Кондратьева Р.Н.).

Суд первой инстанции правильно сослался на сведения из реестра. Согласно статье 51 ГК РФ, лицо, полагающееся на данные ЕГРЮЛ, вправе исходить из того, что они достоверны. Запись о Долинке Р.С. как о руководителе подтверждает законность выдачи им доверенности. Довод о том, что Кондратьев Р.Н. "выдал доверенность самому себе", физически и юридически невозможен, так как в момент выдачи доверенности (19.04) и в момент подписания соглашений (август - сентябрь) Кондратьев Р.Н. и орган управления (директор Долинка Р.С.) были разными субъектами.

Довод управляющего выглядит, как попытка искусственно создать видимость "мнимости" или "заинтересованности". Однако хронология, подтвержденная налоговым органом (ЕГРЮЛ), является преюдициально значимым фактом. Если протокол от 09.04, а доверенность от 19.04 - правовая цепочка преемственности полномочий не нарушена. Кондратьев Р.Н. выступал в сделке как технический подписант (поверенный), что никак не влияет на действительность волеизъявления самого юридического лица.

Позиция суда первой инстанции обоснована ссылками на объективные доказательства (ЕГРЮЛ и текст документов), в то время как позиция управляющего строится на предположениях и игнорировании дат. В данном случае нарушения норм материального права не усматривается.

2. Довод относительно аффилированнсти сторон сделки отклоняется судом апелляционной инстанции на основании следующего.

Само по себе наличие трудовых отношений Ланцева Д.А. с ООО "Стройтехнология" (в должности главного инженера) и одновременное руководство ООО "ЦСЛ-Инжиниринг" не свидетельствует о порочности сделки.

Законодательство Российской Федерации не содержит запрета на совершение сделок между компаниями, где сотрудники одной стороны являются участниками или руководителями другой.

Суд первой инстанции верно указал, что первичным является установление реальности хозяйственных операций. Если материалами дела подтверждается наличие встречного предоставления, фактический переход прав и обязанностей, то наличие "родственных" или "трудовых" связей между подписантами не имеет правового значения.

В гражданских правоотношениях предполагается добросовестность участников. Конкурсный управляющий, заявляя о мнимости сделки по причине аффилированности, обязан был доказать не просто наличие связи между лицами, а наличие общего умысла на причинение вреда кредиторам. Тот факт, что Ланцев Д.А. работал в штате должника, скорее объясняет его осведомленность о наличии реального дебиторского долга, который его компания ("ЦСЛ-Инжиниринг") решила приобрести, что является законным экономическим интересом.

В делах о банкротстве при наличии аффилированности применяется повышенный стандарт доказывания. Однако этот стандарт касается лишь необходимости документального подтверждения реальности сделки. В данном случае реальность сделки подтверждена материалами дела.

Работа Ланцева Д.А. в должности главного инженера должника подтверждает его профессиональную компетенцию в той сфере, в которой действует ООО "ЦСЛ-Инжиниринг". Это объясняет, почему именно данная компания выступила цессионарием - она понимала ценность приобретаемого актива и специфику работ.

Таким образом, наличие формальных признаков аффилированности (трудовые отношения Ланцева Д.А.) при установлении реальность правоотношений и отсутствие признаков злоупотребления правом, суд первой инстанции обоснованно применил нормы материального права. Доводы управляющего о мнимости носят предположительный характер и не подкреплены доказательствами отсутствия воли сторон на исполнение сделки.

Довод конкурсного управляющего о том, что все работы фактически выполнялись ООО "Стройтехнология", как указал суд первой инстанции, в полной мере опровергается материалами дела, суд апелляционной инстанции, основываясь на оценки собранных по делу доказательств, полностью согласен с указанным выводом суда первой инстанции.

По данным материалов дела, а также документов, представленных должником конкурсному управляющему, должник в период исполнения обязательств по демонтажу зданий и вывозу строительного мусора с объектов: Рудоуправление "Норильск-1"; г. Норильск, ул. Талнахская, дом 59, корпус 1; г. Норильск, ул. Лауреатов, дом 81; г. Норильск, р-он Центральный, ул. 50 лет Октября, д. 2Б, 2В (с 01.10.2017 по 31.07.2019) имел в пользовании собственные транспортные средства, а также лизинговые объекты.

Из транспортных средств, имевшихся в распоряжении должника, пригодным для осуществления работ по вывозу строительного мусора (отходов от демонтажа зданий) с объектов являлся грузовой автомобиль тягач седельный КАМАЗ 65225-22 УЖ ХТС65225УВ1206937. При этом сведения о наличии у должника полуприцепов самосвального типа отсутствуют к данному тягачу. В то же время, вывоз грузов тягачом без полуприцепа не представляется возможным, что не оспаривалось конкурсным управляющим в суде первой инстанции.

По данным актов, путевых листов, представленных ответчиком:

1) по объекту: Красноярский край г. Норильск объект "Рудоуправление "Норильск-1" ДОЦП вывоз мусора производился в течение 30 дней с 01.11.2018 по 30.11.2018, в среднем по 53 рейса в день, использовано 6 единиц транспортных средств, исходя из среднего полезного объема кузова самосвала грузоподъемностью 20-25 т в 13,5 куб. м с учетом поправочного коэффициента на пустоты - 0,83 осуществлен вывоз 17 894,39 м3; строительный объем 9 объектов, подлежащих демонтажу, не указан;

2) по объекту: Красноярский край г. Норильск ул. Талнахская д. 59, вывоз мусора производился в течение 10 дней с 04.09.2018 по 14.09.2018, в среднем по 67 рейсов в день, использовано 6 единиц транспортных средств, исходя из среднего полезного объема кузова самосвала грузоподъемностью 20-25 т в 13,5 куб. м с учетом поправочного коэффициента на пустоты - 0,83 осуществлен вывоз 7 484,94 м3.; строительный объем объекта, подлежащего демонтажу, составлял 12 219,00 м;

3) по объекту: Красноярский край г. Норильск, ул. Лауреатов, дом 81, вывоз мусора производился в течение 29 дней с 10.12.2018 по 20.12.2018 и с 02.03.2019 по 27.03.2019, в среднем по 54 рейса в день, использовано 5 единиц транспортных средств в декабре 2018 и 5 единиц - в марте 2019 г., исходя из среднего полезного объема кузова самосвала грузоподъемностью 20-25 т в 13,5 куб. м с учетом поправочного коэффициента на пустоты - 0,83 осуществлен вывоз 16 953,17 м3; строительный объем объекта, подлежащего демонтажу, составлял 30 152,74 м;

4) по объекту: Красноярский край г. Норильск, р-он Центральный, ул. 50 лет Октября, д. 2Б, 2В, вывоз мусора производился в течение 38 дней с 13.05.2019 по 25.05.2019 в среднем по 10 рейсов в день и с 21.06.2019 по 31.07.2019 в среднем по 43 рейса в день, использована 1 единица транспортных средств в мае 2019 г. и 3 единицы - в июне - июле 2019 г., исходя из среднего полезного объема кузова самосвала грузоподъемностью 20-25 т. в 13,5 куб. м с учетом поправочного коэффициента на пустоты - 0,83 осуществлен вывоз 13 759,74 м; строительный объем объекта, подлежащего демонтажу, составлял 43 633,00 м.

Исходя из известного строительного объема демонтируемых объектов, сроков производства работ и состава транспортных средств, имевшихся в пользовании у должника, выполнение работ по вывозу строительного мусора собственными силами без привлечения третьих лиц не представлялось возможным, что не было оспорено конкурсным управляющим в суде первой инстанции (статья 65 АПК РФ).

Ответчиком в материалы дела предоставлялись сведения о транспортных средствах, задействованных в перевозках при оказании услуг, из открытых источников (портал Автокод), подтверждающие, что транспорт принадлежал физическим лицам и эксплуатировался в период оказания услуг в г. Норильске.

Реестры регистрационных действий, предоставленные ГИБДД по запросу суда первой инстанции, являются бесспорным доказательством наличия у исполнителей необходимого парка техники.

В частности, за Алиевым А.Г.о. числился самосвал МАЗ 543302220 на протяжении всего спорного периода (с 2016 по 2024 гг.).

Сведения из открытых источников (Автокод) подтвердили не только наличие транспорта, но и его фактическую эксплуатацию именно в г. Норильске.

Учитывая логистическую изолированность региона: техника не просто "существовала на бумаге", она находилась и работала в месте оказания услуг.

Реальность деятельности Кондратьева Р.Н. и Кондратьевой О.Н. подтверждена анализом их деятельности. Материалы выездной налоговой проверки должника за 2015-2017 гг. зафиксировали наличие грузовой техники у указанных лиц еще в предшествующий период. Это доказывает, что исполнители являются профессиональными участниками рынка транспортных услуг с многолетним стажем, а не "фирмами-однодневками", созданными под конкретную сделку.

Истребованные судом первой инстанции выписки по счетам ИП Кондратьевой О.Н. и ИП Кондратьева Р.Н. (ПАО "Сбербанк России", АО "Альфа-Банк", Банк ВТБ (ПАО)) подтверждают регулярность операций, исполнители систематически получали оплату за транспортные услуги от разных заказчиков, а не только от должника. Данный факт свидетельствует о том, что оказание услуг по перевозке и вывозу мусора является их основной, приносящей доход деятельностью.

Заявитель не представил доказательств, которые могли бы опровергнуть совокупность вышеуказанных фактов.

Суд первой инстанции верно установил, что совокупность доказательств - ответов ГИБДД, банковских выписок и материалов налоговых проверок - формирует полную картину реальности сделки. Исполнители обладали необходимым ресурсом (самосвалами), квалификацией и опытом. Оснований для переоценки выводов суда и удовлетворения апелляционной жалобы в данной части не имеется.

Также управляющий указывает, что в спорный период должник имел договорные отношения с ЗАО "Минералинтех", ООО "Нефтегазмонтаж" и ООО "Стройбытсервис".

Заявленные конкурсным управляющим доводы об исполнении объема услуг, оказанного ответчиком, другими лицами, в том числе привлеченными в дело третьими лицами, не заявляющими самостоятельных требований относительно предмета спора, а именно: ЗАО "Минералинтех", ООО "Нефтегазмонтаж", ООО "Стройбытсервис" обосновано отклонены судом первой инстанции.

Предоставленные вышеуказанными лицами первичные документы (акты, путевые листы, справки о работе строительных машин) свидетельствуют о том, что ими предоставлялась должнику преимущественно специализированная строительная техника, такая как экскаваторы, фронтальные погрузчики, грузовой бортовой кран, трал, бульдозер, транспортные услуги с применением самосвальной техники данными лицами предоставлялись в объеме, существенно меньшем, чем потребность должника.

Ответчиком в материалы дела представлены сведения о стоимости услуг принципалов по вывозу строительного мусора и произведенных ответчиком выплатах.

Из выписки операций по р/с индивидуального предпринимателя Кондратьева Р.Н. N 4080 ****356 следует, что после получения денежных средств от ответчика в оплату оказанных транспортных услуг, им осуществлялись по счету расходные операции с назначением платежа "Заработная плата по реестру N... от ... в соответствии с договором 31398986 от 21.06.2019", в период с 18.09.2019 по 01.10.2019 перечислена по зарплатным реестрам сумма 7 483 000 руб.

В материалы дела ответчиком также представлены:

копия договора подряда N НК-493/17 от 14.11.2017, заключенного между заказчиком акционерным обществом "Норильский горно-металлургический комбинат им. А.П. Завенягина" и подрядчиком ООО "Стройтехнология";

копия муниципального контракта N 3245705821118000019 от 11.05.2018, заключенного между муниципальный заказчиком муниципальным учреждением "Управление жилищно коммунального хозяйства администрации города Норильска" и подрядчиком ООО "Стройтехнология", с приложением протокола подведения итогов конкурентной закупки, дополнений, акта сдачи-приемки выполненных работ, публикаций в открытых источниках;

копия муниципального контракта N 3245705821118000046 от 10.09.2018, заключенного между муниципальный заказчиком муниципальным учреждением "Управление жилищно коммунального хозяйства администрации города Норильска" и подрядчиком ООО "Стройтехнология", с приложением протокола подведения итогов конкурентной закупки, дополнений, акта сдачи-приемки выполненных работ, публикаций в открытых источниках;

копия договора N ГК-УКРиС 03/2018 от 25.07.2018, заключенного между заказчиком муниципальным казенным учреждением "Управление капитальных ремонтов и строительства" (МКУ "УКРиС") и подрядчиком ООО "Стройтехнология", с приложением дополнений, акта сдачи приемки выполненных работ.

Данные документы были предоставлены ответчиком ввиду того, что оказание транспортных услуг ООО "ЦСЛ-Инжиниринг" с привлечением принципалов осуществлялось в связи с исполнением должником обязательств по вышеуказанным договорам с его заказчиками.

При соотношении между договорами должника с его заказчиками и договорами на оказание услуг, заключенными с ответчиком, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел идентичность выполняемых работ.

Апелляционная инстанция соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что ответчик полностью подтвердил реальность оказанных услуг.

Судом установлено техническое различие между привлеченной техникой. Организации предоставляли должнику погрузочную и землеройную технику (экскаваторы, бульдозеры, погрузчики).

Данная техника предназначена для работы непосредственно на объекте (выемка грунта, демонтаж конструкций, формирование отвалов), но не обладает функцией транспортировки грузов на полигоны утилизации.

Предметом же договора с ответчиком являлись услуги самосвальной техники.

Таким образом, наличие разных контрагентов на разные виды техники (погрузочная, транспортная) является нормальной практикой распределения производственных рисков и оптимизации затрат строительной компании.

Также апеллянт указывает, что платежи привели к предпочтительному удовлетворению требований ответчика перед иными кредиторами.

Согласно статье 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований.

Между тем, оспариваемая сделка совершена ранее, чем за шесть месяцев до принятия судом заявления о признании должника банкротом, в связи с чем, не может быть оспорена по правилам пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Данный довод верно отклонен судом первой инстанции, со ссылкой на Закон о банкротстве.

Таким образом, суд первой инстанции правильно установил, что сделка не была направлена на вывод активов, а являлись оплатой реально оказанных услуг, необходимых для продолжения производственного цикла деятельности должника. Функциональное различие между техникой ответчика (самосвалы) и техникой иных контрагентов (экскаваторы/погрузчики) полностью опровергает тезис о дублировании функций и мнимости.

Конкурсным управляющим не представлены доказательства наличия совокупности условий по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Указанные конкурсным управляющим обстоятельства не являются основанием для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вопреки утверждениям заявителя апелляционной жалобы, судом первой инстанции правильно установлены фактические обстоятельства спора. Все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, установлены, доказательства исследованы и оценены судом первой инстанции в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи, с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Несогласие заявителя жалобы с выводами суда, иная оценка фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают нарушений судом норм права, в связи с чем нет оснований для отмены судебного акта.

При изложенных обстоятельствах обжалуемый судебный акт является законным и обоснованным. Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по приведенным в ней доводам. Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем определение суда первой инстанции подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба - без удовлетворения.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда Красноярского края от "29" сентября 2025 года по делу N А33-31805/2020к13 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

Председательствующий

Е.Д.ЧУБАРОВА

Судьи

В.В.РАДЗИХОВСКАЯ

Ю.В.ХАБИБУЛИНА

------------------------------------------------------------------

Публичный судебный акт из картотеки арбитражных дел. Сервис не является юридической консультацией; постоянная ссылка на акт.