Practice

Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2024 № 17АП-6203/2017(61)-АК по делу № А50-20115/2016

дело А50-20115/2016карточка дела в КАД

Судьба акта: устояло в округе — сверьте цепочку через MCP get_case.

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ от 25 ноября 2024 г. N 17АП-6203/2017(61)-АК

Дело N А50-20115/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 19 ноября 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 25 ноября 2024 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Иксановой Э.С., судей Плаховой Т.Ю., Темерешевой С.В., при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания Охотниковой О.И., при участии:

от конкурсного управляющего должника Метла Анастасии Сергеевны: Заривчацкий А.М. (паспорт, доверенность от 22.01.2024), Рычков И.В. (паспорт, доверенность от 25.11.2022), от общества с ограниченной ответственностью "ЗУМК - Инвест" (ООО "ЗУМК-Инвест"): Ефимов К.А. (паспорт, доверенность от 29.12.2023), от акционерного общества "Росэксимбанк" (АО "Росэксимбанк"): Селиверстов С.С. (паспорт, доверенность от 30.12.2021), Шашин Н.В. (паспорт, доверенность от 15.12.2022), от уполномоченного органа - Управления федеральной налоговой службы по Пермскому краю (УФНС по Пермскому краю): Истомина Е.П. (служебное удостоверение, доверенность от 24.09.2024), от Прокуратуры Пермского края: Зеленин А.А. (служебное удостоверение, доверенность от 24.07.2024), в режиме "веб-конференции" посредством использования информационной системы "Картотека арбитражных дел":

от акционерного общества "Дехканабадский калийный завод" (АО "ДКЗ"): Оганесов А.В. (паспорт, доверенность от 21.10.2024), Гусев Д.О. (паспорт, доверенность от 21.10.2024), Булатов П.Ю. (паспорт, доверенность от 21.10.2024), Шуганов М.М. (паспорт, доверенность от 21.10.2024), представитель уполномоченного органа - Федеральной налоговой службы России (ФНС РФ): Джунько К.Е., представители АО "ДКЗ": Шерматов Х.А., Ибадуллаев Т.А., Исаков Е.Б. к судебному заседанию в режиме веб-конференции не подключились по причинам, не зависящим от апелляционного суда;

от иных лиц, участвующих в деле: не явились

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда), рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу АО "ДКЗ" на определение Арбитражного суда Пермского края от 13 сентября 2024 года об отказе в удовлетворении заявления АО "ДКЗ" об установлении размера и очередности погашения требования кредитора, вынесенное в рамках дела N А50-20115/2016 о признании несостоятельным (банкротом) ООО "ЗУМК-Инжиниринг" (ОГРН 1065902054680, ИНН 5902155675), третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: Поздеев Александр Александрович, Сухоносов Виталий Владимирович,

установил:

Решением Арбитражного суда Пермского края от 02.07.2018 (резолютивная часть от 25.06.2018) ООО "ЗУМК-Инжиниринг" (далее также - должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на Фрезе Светлану Владимировну.

Соответствующие сведения опубликованы в газете "Коммерсантъ" N 113 от 30.06.2018.

Определением от 11.10.2018 (резолютивная часть от 03.10.2018) конкурсным управляющим должника утверждена Метла Анастасия Сергеевна.

16 февраля 2023 года АО "ДКЗ" (далее - кредитор, АО "ДКЗ") обратилось в суд с заявлением об установлении размера и очередности погашения требования кредитора, содержащим следующие требования: признать требования АО "ДКЗ" к ООО "ЗУМК-Инжиниринг" о взыскании 10 814 437 828,53 руб. обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.

Определением от 22.02.2023 заявление кредитора принято к производству.

Определением от 27.03.2023 (резолютивная часть от 23.03.2023) производство по обособленному спору по заявлению АО "ДКЗ" об установлении размера и очередности погашения требования кредитора приостановлено до вступления в законную силу судебного акта Арбитражного суда города Москвы по делу N А40-175502/2022.

Протокольным определением от 14.09.2023 в порядке ст. 146 АПК РФ производство по обособленному спору возобновлено.

Определением от 19.04.2024 (резолютивная часть от 18.04.2024) выделено в отдельное производство требование:

- о возврате переплаты за поставленное оборудование в размере 4,868 млн. долларов США;

- о возмещении расходов, понесенных на проведение ОПР, в размере 9,67 млн. долларов США.;

- о взыскании реального ущерба, причиненного неполным выполнением работ и недопоставкой оборудования, в размере 7,258 млн. долларов США;

- об оплате услуг и материалов ДКЗ, использованных при выполнении работ, в размере 1,293 млн. долларов США;

- о взыскании переплаты за невыполненные ЗУМК СМР по ВЛ и ГПКД в размере 6,171 млн. долларов США в качестве суммы неосновательного обогащения;

- о взыскании переплаты за горнопроходческие работы по контракту в размере 2 617 706,5 долларов США;

- о взыскании упущенной выгоды (в размере 144,586 млн. долларов США) и реального ущерба (в размере 6,404 млн. долларов США) в связи с невыходом комбината на проектную мощность;

- о взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения работ в размере 6,115 млн. долларов США;

- АО "ДКЗ" предложено представить в каждое выделенное производство уточненное заявление с приложением обосновывающих данное требование документов;

- обществу "ДКЗ" предложено представить в каждое выделенное производство уточненное заявление с приложением обосновывающих данное требование документов;

- судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявления АО "ДКЗ" о признании требований в общем размере 679 957 704 узбекских сумов обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, отложено.

10.06.2024 АО "ДКЗ" представлено ходатайство об уточнении заявленных требований, в котором просит:

- признать требование АО "ДКЗ" о взыскании переплаты за невыполненные ООО "ЗУМК-Инжиниринг" СМР по ВЛ и ГПКД в размере 6,171 млн долларов США к ООО "ЗУМК-Инжиниринг" обоснованным;

- применить в деле о банкротстве ООО "ЗУМК-Инжиниринг" правила сальдирования встречных обязательств и признать в результате расчета завершающего сальдо итоговое обязательство АО "ДКЗ" перед ООО "ЗУМК-Инжиниринг" в размере 16 981 488,32 долларов США.

В отсутствие возражений, уточнение принято судом в порядке ст. 49 АПК РФ.

11.06.2024 от АО "ДКЗ" поступило ходатайство о назначении судебной экспертизы и об обращении с поручением (в порядке правовой помощи) в компетентный суд Республики Узбекистан о проведении отдельных процессуальных действий.

Ходатайство АО "ДКЗ" о назначении судебной экспертизы судом первой инстанции было рассмотрено, в его удовлетворении в заявленном виде отказано.

02 сентября 2024 года в электронном виде через систему "Мой Арбитр" со стороны АО "ДКЗ" поступили:

- ходатайство об увеличении требований с ходатайством о приобщении доказательств;

- ходатайство о назначении судебной экспертизы;

- ходатайство о приобщении доказательств.

Рассмотрев ходатайство АО "ДКЗ" об уточнении требований, суд первой инстанции отказал в принятии увеличения требований в порядке ст. 49 АПК РФ.

Представителями АО "ДКЗ" было заявлено ходатайство о проведении комплексной строительно-технической, финансово-экономической экспертизы.

Судом первой инстанции в удовлетворении данного ходатайства было оказано.

Кроме того, представителем АО "ДКЗ" устно под аудиозапись было заявлено ходатайство об отложении судебного заседания.

Рассмотрев ходатайство с учетом ст. 158 АПК РФ суд первой инстанции отказал в удовлетворении данного ходатайства.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 13.09.2024 в удовлетворении заявления АО "ДКЗ" отказано.

АО "ДКЗ", не согласившись с вынесенным определением, обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит:

- перейти к рассмотрению дела по правилам рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции в порядке ч. 6.1 ст. 268 АПК РФ,

- удовлетворить ходатайство АО "ДКЗ" об увеличении требований о взыскании переплаты за невыполненные ООО "ЗУМК-Инжиниринг" СМР по ВЛ и ГПКД до 34 791 509,93 долларов США (2 200 201 171,36 руб.).

- назначить комплексную судебную строительно-техническую и финансово-экономическую экспертизу по настоящему обособленному спору.

- отменить определение Арбитражного суда Пермского края от 13.09.2024 по делу N А50-20115/2016 полностью и вынести новый судебный акт. Признать требование АО "ДКЗ" о взыскании переплаты за невыполненные ООО "ЗУМК-Инжиниринг" СМР по ВЛ и ГПКД в размере 34 791 509,93 долларов США (2 200 201 171,36 руб.) к ООО "ЗУМК-Инжиниринг" обоснованным; применить в деле о банкротстве ООО "ЗУМК-Инжиниринг" правила сальдирования встречных обязательств и признать в результате расчета завершающего сальдо итоговое обязательство АО "ДКЗ" перед ООО "ЗУМК-Инжиниринг" в размере 11 639 021,61 долларов США (736 047 071,6 руб.) в пользу АО "ДКЗ"; признать требование АО "ДКЗ" в размере 11 639 021,61 долларов США (736 047 071,6 руб.) подлежащим удовлетворению за счет имущества ООО "ЗУМК-Инжиниринг", оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр.

В обоснование апелляционной жалобы ссылается на то, что суд первой инстанции нарушил нормы ст. 199 - 200 ГК РФ, неправильно определил начало течения срока исковой давности по требованию по переплате, данный срок не мог начать течь ранее даты расторжения контракта, срок исковой давности не пропущен ни для целей сальдирования, ни для целей включения в реестр, суд ошибочно не применил ст. 204 ГК РФ, несмотря на то, что срок исковой давности по требованию по переплате не тек с момента обращения ДКЗ в МКАС. Суд не исследовал все обстоятельства, входящие в предмет доказывания по настоящему спору, без определения объема и стоимости выполненных работ у суда отсутствовала возможность для установления размера переплаты по контракту. Суд допустил иные процессуальные нарушения в ходе рассмотрения требования по переплате: необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства АО "ДКЗ" об увеличении требования, незаконно выделил рассмотрение требования по переплате в отдельное производство.

Конкурсный управляющий Метла А.С., Прокуратура Пермского края, АО "Росэксимбанка" в представленных отзывах против удовлетворения апелляционной жалобы возражают, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого определения.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2024 для рассмотрения апелляционной жалобы АО "ДКЗ" в порядке ст. 18 АПК РФ произведена замена судьи-докладчика Чухманцева М.А. на Иксанову Э.С.

Ходатайства АО "ДКЗ" о переходе к рассмотрению дела по правилам первой инстанции в порядке ч. 6.1 ст. 268 АПК РФ, удовлетворении ходатайства АО "ДКЗ" об увеличении требований, заявленное в апелляционной жалобе, а также поданное отдельно 15.11.2024, рассмотрены судом апелляционной инстанции в порядке ст. 159 АПК РФ и в их удовлетворении отказано на основании следующего.

Согласно ч. 4 ст. 270 АПК РФ основаниями для отмены решения арбитражного суда первой инстанции в любом случае являются:

1) рассмотрение дела арбитражным судом в незаконном составе;

2) рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из участвующих в деле лиц, не извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания;

3) нарушение правил о языке при рассмотрении дела;

4) принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле;

5) неподписание решения судьей или одним из судей, если дело рассмотрено в коллегиальном составе судей, либо подписание решения не теми судьями, которые указаны в решении;

6) отсутствие в деле протокола судебного заседания или подписание его не теми лицами, которые указаны в статье 155 настоящего Кодекса, в случае отсутствия аудиозаписи судебного заседания;

7) нарушение правила о тайне совещания судей при принятии решения.

В соответствии с ч. 6.1 ст. 268 АПК РФ при наличии оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 настоящего Кодекса, арбитражный суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции. О переходе к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции выносится определение.

На основании ч. 3 ст. 266 АПК РФ в арбитражном суде апелляционной инстанции не применяются правила о соединении и разъединении нескольких требований, об изменении предмета или основания иска, об изменении размера исковых требований, о предъявлении встречного иска, о замене ненадлежащего ответчика, о привлечении к участию в деле третьих лиц, а также иные правила, установленные настоящим Кодексом только для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

В силу п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" (далее - Постановление N 12) при применении части 3 статьи 266 АПК РФ судам следует иметь в виду, что правило о недопустимости соединения и разъединения нескольких требований, изменения предмета или основания иска, размера исковых требований, предъявления встречного иска, замены ненадлежащего ответчика и иные правила, установленные Кодексом только для рассмотрения дела в суде первой инстанции, не распространяются на случаи, когда арбитражный суд апелляционной инстанции в силу части 6.1 статьи 268 АПК РФ рассматривает дело по правилам, установленным Кодексом для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Вместе с тем, если арбитражным судом апелляционной инстанции при рассмотрении апелляционной жалобы в порядке апелляционного производства будет установлено, что при рассмотрении дела в суде первой инстанции лицо заявляло ходатайство в соответствии со статьей 49 Кодекса об изменении предмета или основания иска, увеличении или уменьшении исковых требований и суд неправомерно отказал в удовлетворении такого ходатайства или рассмотрел заявление без учета заявленных изменений либо по какому-то другому требованию лица, участвующего в деле, не принял решения и утрачена возможность принятия дополнительного решения, то арбитражный суд апелляционной инстанции, исходя из положений части 1 статьи 268 АПК РФ о повторном рассмотрении дела, в силу части 6.1 статьи 268 АПК РФ переходит к рассмотрению дела по правилам, установленным Кодексом для рассмотрения дела в суде первой инстанции, в рамках которого рассматривает требования, не рассмотренные ранее, принимает измененные предмет или основание иска, увеличенные (уменьшенные) требования.

Судом установлено, что при рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой инстанции АО "ДКЗ" 02.09.2024 было заявлено ходатайство об увеличении требований с ходатайством о приобщении доказательств, согласно которому АО "ДКЗ" просило в порядке ст. 49 АПК РФ принять следующие уточнения: признать требование АО "ДКЗ" о взыскании переплаты за невыполненные ООО "ЗУМК-Инжиниринг" СМР по ВЛ и ГПКД в размере 34 791 509,93 долларов США (2 200 201 171,36 руб.) к ООО "ЗУМК-Инжиниринг" обоснованным; применить в деле о банкротстве ООО "ЗУМК-Инжиниринг" правила сальдирования встречных обязательств и признать в результате расчета завершающего сальдо итоговое обязательство АО "ДКЗ" перед ООО "ЗУМК-Инжиниринг" в размере 11 639 021,61 долларов США (736 047 071,6 руб.) в пользу АО "ДКЗ"; признать требование АО "ДКЗ" в размере 11 639 021,61 долларов США (736 047 071,6 руб.) подлежащим удовлетворению за счет имущества ООО "ЗУМК-Инжиниринг", оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр.

Рассмотрев ходатайство АО "ДКЗ" об уточнении требований, суд первой инстанции с учетом разъяснений, изложенных в п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 N 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции" отказал в принятии увеличения требований в порядке ст. 49 АПК РФ, поскольку кредитором заявлено новое требование, которое не было заявлено при подаче заявления, а не уточнение заявленного требования, что не предусмотрено ст. 49 АПК РФ.

Проанализировав обстоятельства спора, заявленные АО "ДКЗ" 02.09.2024 требования, суд апелляционной инстанции соглашается с оценкой данных требований, произведенной судом первой инстанции.

Лица, участвующие в деле, против заявленного ходатайства АО "ДКЗ о переходе к рассмотрению дела по правилам первой инстанции, принятии уточненных требований, возражают. АО "Росэксимбанк", конкурсный управляющий представили письменные возражения на заявленные ходатайства.

Принимая во внимание, что АО "ДКЗ" заявлены новые требования, которые не могут быть приняты в порядке ст. 49 АПК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении ходатайства кредитора от 02.09.2024 об уточнении заявленных требований, в связи с чем, на основании п. 30 Постановления N 12 у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для перехода к рассмотрению настоящего обособленного спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Поскольку иных оснований для рассмотрения настоящего спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, не усматривается, суд апелляционной инстанции отказывает в удовлетворении ходатайства АО "АКЗ" о переходе к рассмотрению дела по правилам первой инстанции.

Учитывая, что на основании ч. 3 ст. 266 АПК РФ в арбитражном суде апелляционной инстанции не применяются правила об изменении размера исковых требований, в удовлетворении ходатайства АО "АКЗ" "об увеличении требований" судом апелляционной инстанции отказано.

При этом, отказ в принятии уточнения требования, которое по существу является новым требованием, не влечет за собой отказа в предоставлении заявителю судебной защиты, так как он вправе обратиться в суд с новым заявлением.

Кроме того, АО "ДКЗ" заявлено ходатайство о назначении комплексной строительно-технической, финансово-экономической экспертизы, на разрешение которой кредитор просит поставить следующие вопросы:

1. Каков объем фактически выполненных ООО "ЗУМК-Инжиниринг", работ в связи с исполнением Контракта N 041/11 от 26.06.2011 в отношении: горнодобывающего комплекса; системы внешнего электроснабжения?

2. Каков размер затрат ООО "ЗУМК-Инжиниринг", фактически понесенных в связи с исполнением Контракта N 041/11 от 26.06.2011 в отношении: горнодобывающего комплекса; системы внешнего электроснабжения?

Рассмотрев ходатайство АО "ДКЗ" о назначении судебной экспертизы в порядке ст. 159 АПК РФ суд апелляционной инстанции не находит оснований для ее назначения и отказывает в удовлетворении указанного ходатайства на основании следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

Согласно п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" ходатайство о проведении экспертизы в суде апелляционной инстанции рассматривается судом с учетом положений частей 2 и 3 статьи 268 АПК РФ, согласно которым дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него (в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство о назначении экспертизы), и суд признает эти причины уважительными.

Таким образом, судом апелляционной инстанции может быть назначена экспертиза в случае необоснованного отклонения судом первой инстанции ходатайства о назначении экспертизы и невозможности рассмотрения дела без экспертного заключения.

При рассмотрении спора в первой инстанции АО "АКЗ" 11.06.2024 и далее после уточнения было заявлено ходатайство о назначении комплексной строительно-технической, финансово-экономической экспертизы.

При рассмотрении ходатайства судом учитывается, какие обстоятельства, имеющие значение для настоящего спора, могут быть установлены таким доказательством (заключение эксперта). При этом арбитражный суд вправе отказать в назначении экспертизы, если сочтет, что ее назначение нецелесообразно ввиду наличия уже имеющихся в споре доказательств.

Судом первой инстанции установлено, что в материалы настоящего спора представлены, в том числе: протокол от 14.04.2017 о проведении сверки взаиморасчетов; счета-фактуры N 18 от 25.09.2017 и N 19 от 25.12.2017.

При этом, из указанных документов усматривается какой объем работ был принят АО "ДКЗ" по состоянию на 25.12.2017, и какова стоимость указанных работ. Данные документы представлены и подписаны АО "ДКЗ", им не оспариваются.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что АО "ДКЗ" не обосновало невозможность рассмотрения спора по существу без проведения экспертизы по имеющимся в деле документам.

Суд первой инстанции также учел, что последние работы по контракту были выполнены должником в феврале 2018 года. Соответственно с момента прекращения должником работ на объекте прошло более 6,5 лет.

Кроме того, АО "ДКЗ" в первоначальном заявлении от 15.02.2023 (п. 73 заявления) ссылалось на то, что им были привлечены третьи лица (сторонние подрядчики) для завершения строительства ГДК и ВЛ. В период с 2019 года по 2020 год в качестве привлеченного для завершения строительства лица было АО "Узкишлоклектркурилиш" (договор на достройку ВЛ N 40 от 06.11.2019).

Проанализировав мнение участников процесса, которые возражали против назначения экспертизы, предмет и основания заявленных требований, документы, представленные в обоснование заявленных требований, вопросы, которые, по мнению АО "ДКЗ" необходимо поставить перед экспертом, период времени с момента прекращения должником работ на объекте, учитывая, что в последующем для выполнения работ на спорном объекте были привлечены третьи лица, суд первой инстанции пришел к выводу, что в данном случае при рассмотрении настоящего обособленного спора отсутствует необходимость привлечения специалистов, обладающих специальными познаниями по вопросам, сформулированным кредитором и на основании изложенного отказал в удовлетворении ходатайства кредитора о назначении экспертизы.

Принимая во внимание вышеуказанные обстоятельства и представленные в материалы дела документы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы судом первой инстанции было отказано правомерно, поскольку настоящий обособленный спор возможно рассмотреть на основе имеющихся материалов дела.

Лица, участвующие в деле, против назначения экспертизы возражают. АО "Росэксимбанк", конкурсный управляющий представили письменные возражения на ходатайство АО "ДКЗ" о назначении экспертизы.

Учитывая, что судом первой инстанции обоснованно отказано в удовлетворении ходатайства кредитора о назначении экспертизы, у кредитора отсутствуют уважительные причины не представления данного доказательства (заключения эксперта) в суде первой инстанции по смыслу ч. 2 ст. 268 АПК РФ, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для удовлетворения ходатайства о назначении судебной экспертизы, заявленного в суде апелляционной инстанции, в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы отказано.

В судебном заседании представители АО "ДКЗ" на доводах апелляционной жалобы настаивают, просят определение отменить.

Представители конкурсного управляющего должника, АО "Росэксимбанк", уполномоченного органа, Прокуратуры Пермского края, ООО "ЗУМК-Инвест" против удовлетворения апелляционной жалобы возражают в том числе по основаниям, приведенным в представленных отзывах, указывая на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке ч. 3 ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом первой инстанции и следует из уточненного заявления от 10.06.2024, в обоснование заявленного требования АО "ДКЗ" указывает на то, что в ходе исполнения обязательств по контракту на расширение производственных мощностей горнодобывающего комплекса Дехканабадского завода калийных удобрений в Республике Узбекистан на условиях "под ключ" (II этап) от 26.06.2011 (далее по тексту - Контракт) должником было допущено нарушение эквивалентности встречных предоставлений, поскольку он не выполнил часть работ по ВЛ и ГПКД, которые были оплачены АО "ДКЗ", в связи с чем кредитор имеет право на взыскание суммы неосновательного обогащения в виде переплат за работы.

В объем обязательств должника по Контракту входили строительно-монтажные работы (СМР) на согласованную сторонами сумму.

АО "ДКЗ" внес предоплату за выполненные работы, но часть из них так и не была выполнена, что, по его мнению, подтверждается: протоколом сверки выполненных и невыполненных работ; независимым техническим экспертом ERCOSPLAN 35; АО "Узэнергоинжиниринг", которое проводило обследование объекта внешнего электроснабжения по заказу АО "ДКЗ".

По расчету кредитора, сумма переплаты за невыполненные должником СМР по ВЛ и ГПКД в ценах Контракта составляет 5,361 миллиона долларов США, итоговая сумма переплаты за фактически не исполненные СМР с учетом применения индекса потребительских цен на дату составления Заключения PwC составляет 6,171 миллиона долларов США.

Возражая против заявленных требований, конкурсный управляющий ссылается на то, что заявителем пропущен срок исковой давности. Считает, что кредитором не представлено доказательств того, что произведенная им оплата по Контракту за СМР превышает стоимость фактически выполненных ООО "ЗУМК-Инжиниринг" работ. Просит отказать в удовлетворении заявления.

АО "Росэксимбанк" в удовлетворении заявления АО "ДКЗ" просит отказать. Указывает, что АО "ДКЗ" не представило доказательств обоснованности заявленных требований, не ссылается на какие-либо условия Контракта, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) в обоснование своего требования. Доказательств переплаты и подтвержденных документально расчетов, подтверждающих переплату, со стороны АО "ДКЗ" не представлено. Кроме того, по его мнению, кредитором пропущен срок исковой давности по заявленным требованиям.

Уполномоченный орган поддерживает позиции, изложенные представителями конкурсного управляющего и АО "Росэксимбанк", также ссылается на пропуск срока исковой давности. Отмечает, что не представлены доказательства, обосновывающие заявленное требование, ссылка кредитора на протокол сверки расчетов от 14.04.2017 не подтверждает факт переплаты. Просит отказать в удовлетворении заявления.

Представитель ООО "ЗУМК-Инвест" просит отказать в удовлетворении заявления кредитора, полностью поддерживает позиции конкурсного управляющего и АО "Росэксимбанк".

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции указал на необоснованность предъявленного кредитором требования ввиду непредставления кредитором доказательств того, что произведенная им оплата по Контракту за СМР превышает стоимость фактически выполненных ООО "ЗУМК-Инжиниринг" работ (непредставления доказательств возникновения задолженности в спорной сумме); ввиду наличия в материалах спора доказательств, подтверждающих отсутствие на стороне ООО "ЗУМК-Инжиниринг" неосновательного обогащения. При этом суд отнесся критически к представленным в обоснование размера требований в материалы спора заключению PwC от 15.06.2021, экспертному отчету ERCOSPLAN, техническому отчету АО "Узэнергоинжиниринг", не признав данные документы допустимыми и достаточными доказательствами возникновения и размера задолженности. Также судом не усмотрено оснований для сальдирования требований, поскольку АО "ДКЗ" не доказало наличие встречной задолженности, требования АО "ДКЗ" признаны необоснованными.

При этом суд признал пропущенным срок исковой давности для включения в реестр, подлежащий исчислению не позднее 11.09.2018, когда объект должен был быть введен в эксплуатацию, отклонив доводы кредитора о том, что срок исковой давности по заявленному требованию начал течь не ранее 02.03.2020 - даты получения должником уведомления АО "ДКЗ" об отказе от исполнения Контракта N 041/11 от 26.06.2011.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзывов, письменных возражений, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В соответствии со ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном ст. 100 настоящего Федерального закона.

Реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

Материалами дела установлено, что сведения о признании должника банкротом, открытии конкурсного производства и сроке закрытия реестра требований кредиторов опубликованы в газете "Коммерсантъ" от 30.06.2018, соответственно, реестр требований кредиторов должника закрыт 30.08.2018. Требование о включении суммы задолженности в реестр заявлено 16.02.2023, то есть за пределами срока, установленного п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве требования конкурсных кредиторов и (или) уполномоченных органов, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов, удовлетворяются за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника.

Исходя из положений ст. 71, 100, 142 Закона о банкротстве, п. 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.2012 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны, требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку включение таких требований приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также интересов должника.

В круг доказывания по спору об установлении размера требований кредиторов в деле о банкротстве в обязательном порядке входит исследование судом обстоятельств возникновения долга.

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только такие требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, неисполненные должником.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения:

1) имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное;

2) имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности;

3) заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки;

4) денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Условиями возникновения неосновательного обогащения являются обстоятельства, когда:

1) имело место приобретение или сбережение имущества, то есть увеличение стоимости собственного имущества приобретателя;

2) приобретение или сбережение произведено за счет другого лица, что, как правило, означает уменьшение стоимости имущества потерпевшего вследствие выбытия из его состава некоторой его части или неполучения доходов, на которые потерпевшее лицо правомерно могло рассчитывать;

3) отсутствуют правовые основания, то есть приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке.

В предмет доказывания по данным спорам входят следующие обстоятельства: факт получения ответчиком имущества, принадлежащего истцу; факт пользования ответчиком этим имуществом; размер переданного имущества; период пользования спорным имуществом в целях определения размера неосновательного обогащения (п. 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 N 49 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении").

Таким образом, для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимы приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, отсутствие правового основания такого сбережения или приобретения, отсутствие обстоятельств, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как следует из материалов обособленного спора, АО "ДКЗ" предъявлено к должнику денежное требование в размере 6,171 млн. долларов США.

Материалами дела установлено, что 26 июня 2011 года между АО "ДКЗ" (ранее - Дирекция строящегося Дехканабадского завода калийных удобрений Государственной акционерной компании "Узкимесаноат") (заказчик) и ООО "ЗУМК-Инжиниринг" (подрядчик) заключен Контракт на расширение производственных мощностей горнодобывающего комплекса Дехканабадского завода калийных удобрений в Республике Узбекистан на условиях "под ключ" (II этап) (Контракт).

В соответствии с п. 2.1 Контракта подрядчик обязуется в соответствии с условиями Контракта выполнить работы на условиях "под ключ" по расширению производственных мощностей горнодобывающего комплекса ДЗКУ ((II этап), включающих проектирование, строительно-монтажные и пусконаладочные работы, поставку оборудования и материалов, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ и обязательств, обусловленных Контрактом, принять их и производить своевременную оплату всех этапов работ.

Общая стоимость Контракта составляет 122 300 000 долларов США (п. 3.1. Контракта).

Согласно п. 3.4. Контракта стоимость Контракта включает стоимость оборудования и материалов, поставляемых и монтируемых подрядчиком, стоимость металлоконструкций и изделий, приобретаемых подрядчиком самостоятельно на территории Республики Узбекистан, расходы на энергоресурсы, воду, газ, электроэнергию, сжатый воздух, предоставляемые заказчиком, а также хозяйственные расходы, иные текущие расходы на отдельные услуги и виды работ. В случае если данные ресурсы предоставлены заказчиком, подрядчик оплачивает указанные расходы заказчику по отдельным договорам, заключенным через обособленное подразделение постоянное учреждение подрядчика в Республике Узбекистан.

В силу п. 3.5. общая стоимость Контракта является окончательной и пересмотру не подлежит, кроме случаев: 3.5.1. Изменения объемов работ и/или состава работ в установленном в Контракте порядке. 3.5.2. Когда причиной увеличения стоимости работ явились обстоятельства непреодолимой силы (форс-мажор).

При наличии соответствующих обоснований перечисленные изменения оформляются дополнительными соглашениями к Контракту (п. 3.6. Контракта).

В соответствии с п. 3.7. Контракта на основании разрабатываемой и получаемой проектной документации, стороны вправе перераспределять статьи затрат Контракта (стоимость проектирования, оборудования и материалов, строительно-монтажных работ). При этом общая стоимость Контракта изменению не подлежит.

Обязательства подрядчика и заказчика определены пунктами 4 и 5 Контракта соответственно.

Срок действия Контракта установлен п. 6 Контракта.

Согласно п. 11.1 результаты работ, предусмотренные техническими заданиями (Приложение N 1 и Приложение N 2) подлежащие сдаче заказчику, оформляются справками счет-фактурами о стоимости выполненных работ (понесенных затрат).

По мере выполнения работ по Контракту подрядчик обязан предоставлять 3 (три) экземпляра подписанной со своей стороны справки счет-фактуры о стоимости выполненных работ (понесенных затрат) (п. 11.2. Контракта).

В течение 3 (трех) календарных дней, после получения заказчиком справки счет-фактуры о стоимости выполненных работ (понесенных затрат), заказчик должен подписать указанную справку счет-фактуру и направить 2 (два) экземпляра подрядчику (п. 11.3 Контракта).

Порядок разрешения споров определен п. 17 Контракта.

Согласно п. 17.1 Контракт регулируется и толкуется в соответствии с российским материальным правом.

В силу п. 17.4 стороны согласны, что в арбитражном производстве будут применяться нормы процессуального права Российской Федерации.

Как следует из материалов спора и лицами, участвующими в споре, не оспаривается, Контракт прошел регистрацию в SGS Societe Generale de Surveillance SA, Министерстве внешних экономических связей, инвестиций и торговли Республики Узбекистан, уполномоченном банке Республики Узбекистан и ГТК Республики Узбекистан, о чем свидетельствуют соответствующие штампы в Контракте.

При этом, контроль за платежами по Контракту был возложен на Акционерный коммерческий банк "Узбекский промышленно-строительный банк", исполнение платежей по Контракту производилось на основании писем АО "ДКЗ".

Согласно заявлению АО "ДКЗ", условием возникновения у него требования к должнику является расторжение Контракта (02.03.2020), именно тогда у кредитора появилась возможность для защиты своих нарушенных прав. В подтверждение своих доводов АО "ДКЗ" ссылается на протокол сверки взаиморасчетов от 14.04.2017, о проведении сверки взаиморасчетов между ООО "ЗУМК-Инжиниринг" и АО "ДКЗ" от 14.04.2017; заключение ERCOSPLAN; технический отчет незаконченного строительства объектов внешнего электроснабжения от 19.06.2019, подготовленный АО "Узэнергоинжиниринг" по заказу АО "ДКЗ"; Заключение PwC, а также на письма в адрес должника за 2015-2018 гг.

По мнению АО "ДКЗ" в ходе исполнения Контракта ООО "ЗУМК-Инжиниринг" допустил нарушение эквивалентности встречных предоставлений, поскольку не выполнил часть работ по ВЛ и ГПКД, которые были оплачены АО "ДКЗ". Соответственно, АО "ДКЗ" имеет право на взыскание с ЗУМК суммы неосновательного обогащения в виде переплат за работы.

Также, со стороны АО "ДКЗ" в материалы спора были представлены, в том числе: Решение МКАС при ТПП РФ по делу N М-223/2019 от 23.05.2022; письма от АО "ДКЗ" в адрес ООО "ЗУМК-Инжиниринг" N 014816 от 05.12.2015, N 01-0622065 от 31.05.2018, N 01-062856 от 02.03.2018, N 06-062_4477 от 20.10.2017, N 01-062_1397 от 12.04.2018, N 01_1806 от 14.05.2018, N 01-062 от 04.01.2018, N 01-062_1407 от 13.04.2018, справки счет-фактуры N 18 от 25.09.2017, N 19 от 25.12.2017, N 20 от 25.02.2018.

В соответствии с правовой позицией Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 30.10.2018 N 82-КГ18-2, по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при котором неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату (п. 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2019)).

Таким образом, как обоснованно отметил суд первой инстанции, на АО "ДКЗ" с учетом его материально-правового требования возлагается обязанность доказать, что произведенная им оплата по Контракту за строительно-монтажные работы превышает стоимость фактически выполненных ООО "ЗУМК-Инжиниринг" работ.

Вместе с тем, соответствующих доказательств АО "ДКЗ" в материалы спора не представлено.

Напротив, судом установлено, что в материалах спора имеются доказательства, подтверждающие отсутствие на стороне ООО "ЗУМК-Инжиниринг" неосновательного обогащения.

В силу п. 7.6.2 Контракта (в редакции дополнительного соглашения N 17) установлено, что расчеты производятся ежемесячно в соответствии с выполненными работами в размере стоимости выполненных и принятых работ за отчетный период за вычетом пропорционально авансового платежа и гарантии исполнения контрактных обязательств.

Согласно п. 11.1. Контракта фактические объемы выполненных работ по Контракту на основании условий Контракта оформлялись между АО "ДКЗ" и ООО "ЗУМК-Инжиниринг" справкой счет-фактурой о стоимости выполненных работ (понесенных затрат).

С момента вступления в силу Контракта (20.02.2012) сторонами было подписано 19 справок счет-фактур о стоимости выполненных работ (понесенных затрат). В них указывались: общая стоимость работ в договорных текущих ценах, выполненные работы (понесенные затраты) - с начала строительства (в % к объему и в договорных ценах), с начала года по отчетный месяц включительно и в том числе за отчетный месяц.

Объемы выполненных подрядчиком и принятых заказчиком работ дополнительно подтверждены протоколом сверки, который был подписан сторонами 14.04.2017 (представлен в материалы спора в электронном виде 11.06.2024, приложение N 17).

В соответствии с протоколом от 14.04.2017 установлен факт того, что стоимость фактически выполненных должником работ превышает сумму оплаты АО "ДКЗ" по договору.

Вид работ

Выполнено

(тыс. дол. США)

Аванс

(тыс. дол. США)

Всего оплачено с учетом аванса (тыс. дол. США)

ГПКД

СМР (строительно-монтажные)

7 215,28

1 769,66

7 391,48

ГДК

СМР

29 800,20

4 732,58

28 572,74

ВЛ

СМР

6 159,73

923,96

5 851,74

Всего

43 175,21

7 426,20

41 815,96

Как справедливо отметил суд первой инстанции, по существу данным протоколом от 14.04.2017 ООО "ЗУМК-Инжиниринг" и АО "ДКЗ" произвели сверку взаимных обязательств по Контракту и определили, с одной стороны, стоимость работ по ГПКД, ГДК и ВЛ, выполненных ООО "ЗУМК-Инжиниринг" и принятых АО "ДКЗ", а с другой - размер выплат АО "ДКЗ" за указанные работы на момент подписания протокола.

Решением MKAC при ТПП РФ от 23.05.2022 по делу N м-223/2019 с АО "ДКЗ" в пользу ООО "ЗУМК-Инжиниринг" взыскана задолженность за выполненные строительно-монтажные работы в период с сентября по декабрь 2017 года по счетам-фактурам N 18 от 25.09.2017 на сумму 92 834,00 долларов США и N 19 от 25.12.2017 на сумму 153 402,2 долларов США (абзацы 851-857 Решения MKAC).

Судом установлено, что все работы, выполненные ООО "ЗУМК-Инжиниринг" по декабрь 2017 года включительно, приняты АО "ДКЗ" без замечаний в соответствии с условиями Контракта.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что по состоянию на конец декабря 2017 года стоимость фактически выполненных должником и принятых АО "ДКЗ" работ превышала сумму произведенной АО "ДКЗ" оплаты по Контракту.

АО "ДКЗ" направляло должнику уведомление об отказе от исполнения Контракта АО "ДКЗ", указав, что в мае 2018 года кредитор полностью прекратил финансирование Контракта, а с февраля 2018 года прекращены работы.

Вместе с тем, доказательств того, что в период с января 2018 года по май 2018 года АО "ДКЗ" произвело переплату за строительно-монтажные работы, не имеется.

При этом, как обоснованно заключил суд первой инстанции, условия п. 7.6.2 Контракта сами по себе исключают возможность возникновения у подрядчика (ООО "ЗУМК-Инжиниринг") неосновательного обогащения, поскольку оплата по Контракту осуществляется по факту выполнения и принятия работ по счетам-фактурам.

Доказательств несения АО "ДКЗ" расходов в размере, превышающем согласованные в отчетных документах, не представлено.

При этом, контроль за платежами по Контракту был возложен на АКБ "Узбекский промышленно-строительный банк", исполнение платежей по Контракту производилось на основании писем АО "ДКЗ".

Каких-либо платежных документов, подтверждающих переплату, АО "ДКЗ" не представило.

Кроме того, суд первой инстанции обоснованно указал, что переплата не является скрытым обстоятельством, могла быть выявлена на стадии исполнения Контракта до наступления срока ввода объекта в эксплуатацию (в особенности, с учетом того, что требование о возврате переплаты заявлено не по Контракту в целом, а за конкретный сегмент работ - СМР по ВЛ и ГПКД, которые должны были быть выполнены в определенный срок).

Суд первой инстанции также обратил внимание на письмо АО "ДКЗ" от 14.10.2019 б/н, направленное в ответ на претензию ООО "ЗУМК-Инжиниринг" (электронной почтой), в котором говорилось, что к концу мая 2018 года завершение ЗУМК работ в срок, предусмотренный Контрактом, стало очевидно невозможным. Поскольку общий размер неосвоенных средств составил 25 959 350 долларов США (при цене контракта 122 млн дол США и авансе 18 млн. дол. США), завершение проекта к сентябрю 2018 года потребовало бы от ЗУМК поставок материалов и оборудования, выполнения строительно-монтажных работ и сдачи проектной документации на 7,5 млн. долларов США ежемесячно. На тот момент это объективно и очевидно было невозможно с учетом финансового состояния ЗУМКа" (л.д. 71 т. 2).

Из данного письма следует, что в нем говорится только о неосвоенном объеме, но не о наличии переплаты.

Раздел 7 данного письма посвящен требованиям АО "ДКЗ" к должнику, в котором с одной стороны АО "ДКЗ" указывает на перспективу предъявления к ООО "ЗУМК-Инжиниринг" любых требований, связанных с неисполнением Контракта в установленные сроки, ненадлежащим качеством работ, убытками, среди которых указание на какую-либо переплату отсутствует.

Кроме того, суд первой инстанции правомерно обратил внимание на то, что в письме АО "ДКЗ" N 01-062/2065 от 31.05.2018 (л.д. 77 т. 2) упоминается подписанная сторонами программа "Дорожная карта", которая поименована в письме как "совместная сверка и план работ" от 27.06.2017, данный документ также не содержал указаний на переплату со стороны АО "ДКЗ".

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что представленные АО "ДКЗ" письма в адрес должника за 2015-2018 гг. не подтверждают доводы кредитора о наличии переплаты и возникновении неосновательного обогащения на стороне должника.

Кредитор в обоснование размера требований представил заключение PwC от 15.06.2021, экспертный отчет ERCOSPLAN, технический отчет АО "Узэнергоинжиниринг".

Вместе с тем, суд первой инстанции на основании ст. 67, 71 АПК РФ, с учетом ст. 4 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ (ред. от 01.07.2021) "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", согласно которой соответствующее заключение должно соответствовать таким требованиям как независимость эксперта, объективность, всесторонность и полнота исследования, обоснованно отнесся критически к данным документам, признав их недопустимыми и недостаточными доказательствами возникновения и размера задолженности.

Судом установлено, что заключение PwC от 15.06.2021, экспертный отчет ERCOSPLAN, технический отчет АО "Узэнергоинжиниринг" не соответствует данным требованиям.

Согласно п. 7.6.2 Контракта (в редакции Дополнительного соглашения N 17) оплата строительно-монтажных работ производится на основании оригинала коммерческого инвойса и копии справки счет-фактуры.

Вместе с тем, ни экспертный отчет ERCOSPLAN, ни заключение PwC, ни технический отчет АО "Узэнергоинжиниринг" не содержат в перечне исследуемых документов счет-фактуры, инвойсы, составляемые в соответствии с пп. 7.6.2, 11.1 Контракта, то есть фактически являются опосредованными документами, не учитывающими первичную учетную документацию.

Судом учтено, что данные отчеты подготовлены и составлены по инициативе АО "ДКЗ" на основании представленных им документов.

Кроме того, как указывает АО "ДКЗ", работы с февраля 2018 года ООО "ЗУМК-Инжиниринг" не выполняло.

Таким образом, суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что технический отчет АО "Узэнергоинжиниринг" подготовлен по прошествии 1,5 лет, начиная с указанного момента, а отчет ERCOSPLAN по прошествии 3 лет 4 месяцев с момента прекращения работ ООО "ЗУМК-Инжиниринг".

Соответственно, с момента фактического окончания работ должником и до момента подготовки отчетов прошло значительное количество времени, а ООО "ЗУМК-Инжиниринг" не извещался о подготовке данных заключений и не принимал участия в ней.

Также, указанные документы противоречат данным, отраженным в протоколе от 14.04.2017, который подписан сторонами в результате сверки взаимных обязательств сторон по Контракту, а также счетам-фактурам, по которым АО "ДКЗ" приняло и оплатило работы без замечаний.

Суд первой инстанции также обоснованно отметил, что заключение PwC, подготовленное специалистом Нефедьевым В.В., содержит его личное субъективное мнение, основанное на документах и инструкциях АО "ДКЗ".

В заключении содержатся следующие формулировки: 1) "Согласно моему расчету, а также с учетом полученных инструкций от Юридического советника Ответчика (АО "ДКЗ"), задолженность Ответчика перед Истцом по оплате Текущих работ отсутствует" (стр. 47 Заключения PwC). 2) "В соответствии с полученными инструкциями от Юридического советника Ответчика, я включаю в сальдирование величину переплаты за поставленные Истцом оборудование по Контракту на основании данных сумм, отраженных в Приговоре" (стр. 47 Заключения PwC).

Аналогичные формулировки также встречаются, например в п. 7.13 стр. 42, п. 7.26 стр. 42, п. 7.29 стр. 46 Заключения PwC.

Таким образом, данные обстоятельства ставят под сомнение объективность и независимость специалиста Нефедьева В.В.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованным выводам о том, что АО "ДКЗ" не представлено доказательств, подтверждающих фактическое выполнение ООО "ЗУМК-Инжиниринг" работ в меньшем объеме, чем принято и оплачено АО "ДКЗ". Напротив, материалами спора подтверждается факт выполнения должником CMP в большем объеме, чем они были оплачены кредитором.

Следовательно, в нарушение ст. 65 АПК РФ факт переплаты за невыполненные ООО "ЗУМК-Инжиниринг" СМР по ВЛ и ГПКД в размере 6,171 млн. долларов США в качестве суммы неосновательного обогащения АО "ДКЗ" не доказан.

Несмотря на доводы, приведенные в апелляционной жалобе, исходя из совокупности представленных в дело документов, оснований не согласиться с данным выводом суда у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы апеллянта о том, что судом первой инстанции неверно дана оценка представленным в обоснование требования доказательств не нашли своего подтверждения в заседании суда апелляционной инстанции.

Кроме того, в ходе рассмотрения спора в суде первой инстанции конкурсным управляющим и его представителем, председателем комитета кредиторов, представителем уполномоченного органа, представителем АО "Росэксимбанк", представителем ООО "ЗУМК-Инвест" заявлено о пропуске АО "ДКЗ" срока исковой давности для предъявления требований.

Данные заявления признаны судом первой инстанции обоснованными.

Доводы жалобы о неправильном применении судом срока исковой давности рассмотрены судом апелляционной инстанции и признаны несостоятельными по следующим основаниям.

Согласно п. 14 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 N 29 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", возражения на требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске исковой давности, являются средством защиты заинтересованных лиц, а потому могут заявляться любым лицом, имеющим право на заявление возражений относительно требований кредиторов в соответствии со статьями 71 или 100 Закона о банкротстве. Если обстоятельства, на которые ссылаются указанные лица, подтверждаются в судебном заседании, арбитражный суд выносит определение об отказе во включении требования данного кредитора в реестр требований кредиторов в связи с пропуском срока исковой давности (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности в соответствии со ст. 196 названного Кодекса установлен в три года.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (п. 2 ст. 199 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются Кодексом и иными законами.

Обстоятельства, с наступлением которых связывается начало течения срока исковой давности, устанавливаются судами первой и апелляционной инстанций исходя из норм, регулирующих конкретные правоотношения между сторонами, а также из имеющихся в деле доказательств (ст. 64, ч. 1 ст. 168, ч. 1 ст. 266 АПК РФ).

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (ст. 199 ГК РФ).

В соответствии с п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" (далее - Постановление N 43) согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 ГПК РФ, статьи 65 АПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

Согласно п. 15 Постановления N 43 истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пп. 20 и 21 Постановления N 43 течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 ГК РФ).

К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. Ответ на претензию, не содержащий указания на признание долга, сам по себе не свидетельствует о признании долга.

Признание части долга, в том числе путем уплаты его части, не свидетельствует о признании долга в целом, если иное не оговорено должником.

Перерыв течения срока исковой давности в связи с совершением действий, свидетельствующих о признании долга, может иметь место лишь в пределах срока давности, а не после его истечения.

Вместе с тем по истечении срока исковой давности течение исковой давности начинается заново, если должник или иное обязанное лицо признает свой долг в письменной форме (пункт 2 статьи 206 ГК РФ).

Возражая против доводов о пропуске срока исковой давности, АО "ДКЗ" указывает, что срок исковой давности по заявленному требованию начал течь не ранее 02.03.2020 - даты получения должником уведомления АО "ДКЗ" об отказе от исполнения Контракта N 041/11 от 26.06.2011.

Между тем, как обоснованно указал суд первой инстанции, наличие у кредитора сформированного требования к должнику подтверждается протоколом сверки взаиморасчетов от 14.04.2017 и содержанием уведомления об отказе от исполнения Контракта от 05.02.2020.

Протоколом от 14.04.2017 установлено, что по состоянию на дату проведения сверки взаиморасчетов между кредитором и должником по Контракту размер неосвоенной суммы составил 26 433,65 тыс. долларов США, установлено стоимостное выражение фактически выполненных работ.

Исходя из изложенного суд первой инстанции верно установил, что не позднее 14.04.2017 (дата подписания Протокола) АО "ДКЗ" должно было узнать о нарушении своих прав, поскольку стороны определили фактический объем работ, которые были приняты АО "ДКЗ", и их стоимость.

Также, АО "ДКЗ" должен был узнать о нарушении своего права не позднее 18.05.2017, с учетом времени для предоставления ответа на письмо от 18.04.2017 N 01-08/1540.

При этом, с учетом указанного, в любом случае датой начала течения срока исковой давности не может быть дата позднее 11.09.2018 - дата окончания срока на проведение работ и дата планируемого ввода проекта в эксплуатацию.

Дополнительным соглашением N 23 от 27.06.2017 к Контракту стороны продлили срок действия договора до 11.09.2018.

То есть, 11.09.2018 объект должен был быть введен в эксплуатацию.

Однако, на установленную Контрактом дату окончания срока выполнения работ ООО "ЗУМК-Инжиниринг" уже полгода не осуществляло никаких работ по Контракту, было признано банкротом.

В уведомлении об отказе от исполнения Контракта от 05.02.2020 АО "ДКЗ" ссылается на то, что ООО "ЗУМК-Инжиниринг" не завершил работы, несмотря на истечение конечного срока в сентябре 2018 года (абз. 13 уведомления); с мая 2018 года АО "ДКЗ" приостановил финансирование Контракта (абз. 25 уведомления); последние работы по Контракту осуществлялись ООО "ЗУМК-Инжиниринг" в феврале 2018 года (абз. 29 уведомления); к весне 2018 года у АО "ДКЗ" были серьезные сомнения в возможности общества "ЗУМК-Инжиниринг" завершить работы (абз. 32 уведомления); с декабря 2017 года ООО "ЗУМК-Инжиниринг" не выполнял план финансового оздоровления (абз. 61 уведомления); 02.07.2018 принято решение о признании ООО "ЗУМК-Инжиниринг" банкротом, решением Арбитражного суда Пермского края установлено отсутствие денежных средств на исполнение плана оздоровления, установлен факт несостоятельности ключевых дочерних обществ должника (абз. 62 уведомления); 02.07.2018 решением Арбитражного суда Пермского края по настоящему делу установлено отсутствие денежных средств у ООО "ЗУМК-Инжиниринг" на выполнение работ по Контракту (абз. 65 уведомления).

Кроме того, из текста первоначального заявления АО "ДКЗ" от 15.02.2023 со ссылкой на уведомление о расторжении Контракта от 05.02.2020 следует, что АО "ДКЗ" утратил интерес к исполнению Контракта летом 2018 года, при том, что дата ввода объекта в эксплуатацию приходится на 11.09.2018.

Представленным в дело решением MKAC при ТПП РФ сделан следующий вывод: "В связи с длительным нахождением истца в процедуре банкротства и проведением в данной процедуре мероприятий по реализации имущества истца (ООО "ЗУМК-Инжиниринг"), а также неисполнением работ по Контракту с февраля 2018 года коллегия арбитров соглашается с доводами ответчика (АО "ДКЗ") о том, что имелись обстоятельства, очевидно свидетельствующие о том, что исполнение истцом своих обязательств по Контракту не будет произведено в оговоренные сторонами сроки" (абз. 931 решения MKAC).

Вместе с тем, АО "ДКЗ" направило уведомление, когда просрочка завершения работ составляла уже 16 месяцев, то есть, фактически 1,5 года (абз. 33 уведомления).

Заключение ERCOSPLAN, на которое ссылается АО "ДКЗ", датировано 14.06.2021, подготовлено на стадии рассмотрения иска ЗУМК к АО "ДКЗ" в МКАС при ТПП РФ, то есть, спустя 2 года 9 месяцев после наступления срока для ввода объекта в эксплуатацию. При этом суд первой инстанции обоснованно отметил, что дата оформления (получения) доказательства не является моментом нарушения субъективного права и моментом, с наступлением которого связано возникновение оснований для его принудительной защиты.

В представленном АО "ДКЗ" для обоснования требования Заключении ERCOSPLAN указано (Заключение ERCOSPLAN, Приложение 4 (стр. 6) - Приложение 11.i к исходному кредиторскому заявлению АО "ДКЗ"), что "на сентябрь 2018 года стало ясно, что подрядчик не в состоянии выполнить договорные обязательства, стоимость невыполненных поставок оценивается в размере 1 981 644 долл. США".

При таких обстоятельствах суд первой инстанции верно заключил, что доказательства, которые представляет кредитор, свидетельствуют о том, что срок исковой давности не может быть привязан к дате расторжения Контракта в 2020 году.

Кроме того, АО "ДКЗ" ссылается на технический отчет незаконченного строительства объектов внешнего электроснабжения от 19.07.2019 (приложение N 25 к исходному кредиторскому заявлению АО "ДКЗ"), который свидетельствует, что сбор доказательств в обоснование требования АО "ДКЗ" начал, как минимум, в 2019 году, то есть, уже знал о нарушении субъективного права.

По мнению суда первой инстанции, в настоящем споре срок исковой давности подлежит исчислению не с момента расторжения Контракта, а по общему правилу п. 1 ст. 200 ГК РФ - со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (нарушении должником договорной обязанности).

Утверждение апеллянта о том, что срок исковой давности следует исчислять с момента расторжения договора, подлежит отклонению как несостоятельное, поскольку требование кредитора в данном споре никак не связано с расторжением контракта. В рассматриваемом требовании речь идет о возврате переплаты, что предполагает возникновение требования с даты совершения платежа. Соответственно, применительно к рассматриваемым обстоятельствам, учитывая обстоятельства, положенные в обоснование заявленного требования, о нарушении субъективного права заявитель знал существенно ранее расторжения контракта.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что в рассматриваемом случае срок исковой давности не мог начать течь позднее 11.09.2018, когда объект должен был быть введен в эксплуатацию, а АО "ДКЗ" знал о нарушении своего права.

Поскольку АО "ДКЗ" обратилось с заявлением о признании требований обоснованными 16.02.2023, суд первой инстанции верно установил, что срок исковой давности заявителем пропущен, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

С указанными выводами суда первой инстанции суд апелляционной инстанции соглашается. Доводы заявителя жалобы об обратном основаны на неверном толковании норм материального и процессуального права. Суд первой инстанции надлежащим образом проанализировал представленные в материалы дела доказательства на предмет определения момента, когда кредитору стало известно о нарушении своего права, истечения срока исковой давности.

При вышеизложенных обстоятельствах, поскольку АО "ДКЗ" не доказало наличие встречной задолженности, его требования правомерно признаны необоснованными.

Относительно сальдирования обязательств сторон следует отметить, что сальдирование обязательств сторон допускается в определенных действующим законодательством случаях как способ определения размера задолженности при наличии встречных обязательств, то есть не может быть самостоятельным требованием, отдельным от самих требований встречного характера сторон правоотношений, с учетом чего не может быть выделено в отдельный обособленный спор.

Требование о сальдировании было заявлено АО "ДКЗ" в уточненных требованиях в рамках выделенных обособленных споров.

Поскольку АО "ДКЗ" не доказало наличие встречной задолженности, требования АО "ДКЗ" признаны необоснованными, правовых оснований для проведения сальдирования у суда первой инстанции не имелось.

Учитывая, что АО "ДКЗ" не доказано наличие задолженности должника, пропустило срок исковой давности по заявленным требованиям, в удовлетворении заявления АО "ДКЗ" о признании требований в размере 6,171 млн. долларов США обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ООО "ЗУМК-Инжиниринг", проведении сальдирования, отказано правомерно.

Утверждение апеллянта о том, что суд первой инстанции определением от 19.04.2024 неправомерно разделил рассмотрение требований АО "ДКЗ" на девять самостоятельных обособленных споров, не может быть признано обоснованным.

Вопрос об обоснованности выделения требований (в том числе рассматриваемого) определением Арбитражного суда Пермского края от 19.04.2024 уже являлся предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции (постановление от 24.08.2024 N 17АП-6203/2017(55), в котором указано, что судом первой инстанции были рассмотрены позиции всех участвующих в деле лиц, заявленные требования должника и кредитора.

При этом суд не отказывал в удовлетворении требования АО "ДКЗ" в выделении требований. При наличии двух предложенных вариантов выделения требований, суд, проанализировав избранные заявителями ходатайств критерии разделения требований, счел целесообразным выделение требований, исходя из оснований их возникновения и доказательственной базы, поскольку именно такой подход при соединении или разделении требований предусмотрен процессуальным законом.

Критерий АО "ДКЗ" о допустимости выделения требований следующим образом: требования, рассмотрение которых возможно без специальных познаний и экспертной оценки; требования, рассмотрение которых требует специальных познаний и экспертной оценки также обоснованно не применен судом, поскольку вопрос о назначении экспертизы не может служить критерием для выделения требований в отдельные производства.

Определить на данной стадии рассмотрения спора те требования, рассмотрение которых невозможно без специальных познаний и экспертной оценки, суду не представляется возможным. Судебная экспертиза назначается судом в случаях, если при рассмотрении конкретного спора возникли вопросы, для разъяснения которых требуются специальные знания, при этом назначение экспертизы является правом суда.

Таким образом, судом рассмотрены оба ходатайства о выделении требований, разрешен поставленный АО "ДКЗ" и должником вопрос о выделении требований в отдельные производства, требования судом выделены в соответствии с критериями, предусмотренными арбитражным законодательством.

Довод апеллянта о том, что суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства АО "ДКЗ" об увеличении требования, отклонен судом апелляционной инстанции при рассмотрении ходатайства кредитора о переходе к рассмотрению настоящего обособленного спора по правилам, установленным для рассмотрения спора в первой инстанции.

Как указано выше, в принятии "уточненных" требований кредитора было отказано, поскольку кредитором были фактически заявлены новые требования.

Суд апелляционной инстанции при анализе требований кредитора согласился с выводом суда первой инстанции о заявлении кредитором по существу новых требований и признал правомерным отказ суда первой инстанции в принятии "уточнений" кредитора в порядке ст. 49 АПК РФ.

Таким образом, процессуальных нарушений судом первой инстанции при принятии обжалуемого судебного акта допущено не было.

Выводы суда первой инстанции, положенные в обоснование принятого судебного акта основаны на представленных в дело доказательствах, при установлении всех фактических обстоятельств имеющих значение для рассмотрения настоящего спора с правильным применением норм материального права.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, полностью повторяют доводы, заявленные в суде первой инстанции, которым дана надлежащая правовая оценка. Доводов опровергающих установленные по делу обстоятельства в апелляционной жалобе обществом не приведено.

По существу, заявитель в апелляционной жалобе выражает несогласие с данной судом оценкой установленных по делу фактических обстоятельств, не опровергая их. Не согласиться с данной судом первой инстанции оценкой у суда апелляционной инстанции не имеется.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

по апелляционной жалобе АО "Дехканабадский калийный завод" на определение Арбитражного суда Пермского края от 13 сентября 2024 года по делу N А50-20115/2016

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 13 сентября 2024 года по делу N А50-20115/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

Э.С.ИКСАНОВА

Судьи

Т.Ю.ПЛАХОВА

С.В.ТЕМЕРЕШЕВА

------------------------------------------------------------------

Публичный судебный акт из картотеки арбитражных дел. Сервис не является юридической консультацией; постоянная ссылка на акт.